В Кыргызстане водная безопасность, устойчивость горных экосистем и изменение климата тесно взаимосвязаны, формируя комплекс вызовов, оказывающих влияние на формирование стока, биоразнообразие, продовольственную безопасность, энергетический сектор и благополучие населения в целом.

Учитывая стратегическую важность обеспечения водно-энергетической безопасности страны, в Бишкеке состоялась конференция: «Вода, горы и ледники Кыргызской Республики. Устойчивое будущее». Целью мероприятия стало продвижение интересов Кыргызстана, как ключевой горной страны региона и поставщика пресной воды, а также формирование регионального диалога по воде и климату на площадке республики.

Организаторами мероприятия выступили: КНУ им. Ж. Баласагына, ОФ «Green Energy», ЦЭИ «Ой Ордо»,  ОЮЛ « Зеленый Альянс Кыргызстана».

Как отметил замминистра природных ресурсов, экологии и технического надзора КР Алмаз Мусаев, Кыргызстан – горная страна (горы занимают более трех четвертей его территории), не имеющая выхода к морю. Площадь республики составляет 199 900 кв. км – 0,13% от мировой суши. При этом КР входит в число 200 приоритетных экологических регионов планеты, где встречается около 2% мировой флоры и 3% мировой фауны.

- Роль горных экосистем заключается в том, что они формируют уникальные климатические условия, служат естественными «убежищами» для редких видов, обеспечивают вертикальную зональность: от пустынных степей до альпийских лугов и нивальных зон и являются ядром биоразнообразия Кыргызстана. Кроме того, имеющиеся на территории республики ледники – ключевой резервуар пресной воды обеспечивают питьевые ресурсы, орошение и функционирование гидроэнергетики. В 2024 году ледники и снежники были включены в перечень особо охраняемых природных территорий, защищаемых законом, - отметил чиновник.

Он рассказал, что распоряжением Кабинета министров КР от 1 марта 2022 года утверждена Дорожная карта по проведению Года охраны горных экосистем и климатической устойчивости и запущена национальная кампания «Зеленое наследие». В 2023 году Кабмином принято еще одно распоряжение, целью которого является не только успешное проведение национальной кампании «Зеленое наследие». Оно также нацелено на обеспечение экологической безопасности, улучшение окружающей среды и сохранение лесов для нынешнего и будущих поколений, предотвращение негативных последствий изменения климата и увеличение площади зеленых насаждений.

А. Мусаев также напомнил, что Кыргызстан выступил инициатором проведения в 2027 году глобального саммита «Бишкек+25», который станет важной вехой в международной горной повестке:

- Саммит призван стать платформой, где будут обсуждены ключевые вызовы — таяние ледников, изменение климата, потеря биоразнообразия и устойчивость горных сообществ. Мероприятие позволит сформировать новые международные решения, укрепить сотрудничество горных стран и продвинуть интересы горных регионов на уровне ООН.

В свою очередь профессор, доктор экономических наук Гурас Жапаров обратил внимание на проблемы экономической оценки водных ресурсов в Центральной Азии.

По его словам, опыт, исследования различных ученых, а также имеющиеся практики по совместному использованию водных ресурсов и вод распределения показывают, что существуют различные подходы в оценке ценообразования использования гидроресурсов.

- Группа экспертов считает, что вода – это природный ресурс, соответственно должна иметь цену. Такой подход практикуется в ряде случаев, когда за использование воды идет оплата, в том числе (компенсация затрат) за гидротехнические сооружения, берегоукрепительные работы, экосистемные услуги и т.д. Данный механизм довольно часто встречается на практике многих стран в различном ее проявлении, - подчеркнул экономист.

Он обратил внимание, что в мире существуют множество примеров трансграничного взаимодействия и опыт международного сотрудничества в водной сфере, в особенности использования крупных рек. В ряде случаев этот опыт имеет успешные тренды в реализации идеи совместного сотрудничества, в отдельных случаях он полностью идет в форме дебатов, а отдельные проявления имеют неразрешенный характер.

- Как отмечает эксперт из Китая Лю Цин, для обеспечения рационального распределения и эффективного использования водных ресурсов, сокращения и преодоления их дефицита необходимо внедрение рыночных механизмов водопользования через создание водного рынка на основе системы продаваемых прав на пользование такими объектами. В условиях рынка цена на воду должна быть многоуровневой (формироваться с учетом спроса), устанавливаться на основе полной себестоимости водоснабжения и включать прибыль водоснабжающих компаний. В цену на права пользования водными объектами следует включать стоимость  на воду как на природный ресурс и трансакционные издержки за приобретение права пользования.

При изучении Водных кодексов стран нижнего течения (Казахстан, Узбекистан) мы видим, что для потребителей вода имеет стоимость и является как услугой, так и товаром, но как только переходят к использованию воды трансграничных рек, значит, она «Божественный дар», - отметил спикер.

Для рассмотрения вопроса экономических механизмов регулирования водно-энергетических вопросов в Центральной Азии, по мнению эксперта,  необходимо исходить из складывающейся в сегодняшних реалиях ситуации:

- Токтогульское водохранилище работает в энергетическом режиме;

- накопление водных ресурсов к прохождению ОЗП происходит в вегетационный период;

- основной попуск воды из Токтогульского водохранилища производится в осенне-зимний период для выработки электроэнергии на ГЭС, тогда как ирригация необходима в период вегетации;

- влияние климатических изменений и продолжительные периоды маловодья;

- рост потребления электроэнергии в целом в Центральной Азии;

- отсутствие регионального рынка электроэнергии в ЦА, для решения вопроса ее дефицита в регионе.

- Принимая во внимание цены на рынке электроэнергии в Центральной Азии, которая составляет порядка $0,05 за кВт\ч, объем регулирования стока Токтогульского водохранилища в вегетационный период можно оценить в$32,5 млн из расчета 0,65 млрд кВт\ч на $0,05 за кВт\ч.

Данная компенсация способствовала бы сохранению водных ресурсов Токтогульского водохранилища до 0,8 млрд м3 посредством импорта электроэнергии. Также параллельно с данным экономическим механизмом можно рассматривать предложения таких известных ученных, как В. Духовный и Ш. Муминов, которые предложили введение термина «межгосударственный резерв воды» в водохранилище многолетнего регулирования, за услуги по обеспечению которого, владелец водохранилища получает плату, - поделился видением профессор.

Он рассказал, что с 2010 года наблюдается ежегодный естественный рост потребления электроэнергии, продолжительные маловодные циклы, при этом ежегодный расход воды Токтогульского водохранилища фактически составлял 14,0-14,5 млрд м3, что привело к снижению его объема воды.

- В целях недопущения сработки воды Токтогульского водохранилища до критического уровня и обеспечения энергетической безопасности страны в 2014 году Кыргызская Республика трансформировалась из страны-экспортера электроэнергии, в нетто-импортера.

Необходимо разделение фундаментальных понятий, таких как страны, регулирующие сток рек, страны транзита и страны-потребители.

Экономический анализ показал, что существуют проблемы, которые необходимо решать со всеми участниками водно-энергетического сотрудничества, в части согласования вопросов, как по возмещению, так и совместному сохранению водохранилищ в соответствующем состоянии с учетом рисков техногенного характера и природно-климатических бедствий.

Необходима выработка конкретных экономических механизмов в области водно-энергетического сотрудничества, что требует участия всех заинтересованных сторон с позиции более детальных взглядов на проблему.

Важно продолжить диалог в рамках центральноазиатского сотрудничества в водно-энергетической сфере путем применения лучших международных практик по компенсационным механизмам между странами «верховья и низовья». А также подойти к вопросу «оплаты» за использование воды и развивать в этом направлении доброжелательную политику с точки зрения экономических принципов сосуществования в данном регионе.

Нужно подсчитать объемы реальных затрат Кыргызской Республикой на регулирование, восстановление, создание гидротехнических инфраструктурных коммуникаций пропуска воды, а также определить роль и степень участия в этом вопросе соседних стран.

При формировании рыночных механизмов водных взаимоотношений необходимо понимание всех стран ЦА, что в глобальном масштабе и региональном контексте существует необходимость создания четкой архитектуры водно-энергетического сотрудничества. В области водных взаимоотношений речного или бассейнового характера важно создание более динамичного инструмента взаимоотношений между странами в части тарифной политики на воду исходя из спроса на энергетическом рынке, - подытожил Г. Жапаров.

Ранее ректор КНУ им. Ж. Баласагына, доктор географических наук, профессор Догдурбек Чонтоев подчеркивал, что отсутствие экономических принципов межгосударственного водопользования является серьезной проблемой, как для Кыргызстана, так и для всей ЦА.

- Введя плату за услуги по подаче воды для собственных (внутренних) водопользователей, государства ЦА совершенно не учитывали рыночный механизм оплаты за воду, получаемую с территории соседних государств. Они используют ее, не возмещая никаких затрат Кыргызстану за обслуживание и эксплуатацию водохранилищ и других ирригационных сооружений межгосударственного использования, регулирующих сток рек и подающих воду в соседние государства, т.е. эти объекты обслуживаются и содержатся  только за счет бюджета нашей республики.

При этом все водорегулирующие и водотранспортирующие сооружения, построенные более полувека назад, сегодня находятся в опасном техническом состоянии и представляют реальную угрозу разрушения, выхода из строя, что грозит катастрофой не столько Кыргызстану, сколько равнинным государствам, расположенным в низовьях рек – Узбекистану и Казахстану.

В природном отношении ЦА представляет собой единую территорию, единство которой обеспечивается, прежде всего, речными системами – Амударьей, Сырдарьей, Чу, Таласом. В такой ситуации только сообща, при долевом участии всех государств, может быть обеспечена надежная эксплуатация межгосударственных гидротехнических объектов, а, следовательно, и гарантированная подача воды, - подчеркнул Д. Чонтоев.

Председатель ОФ «Green Energy» Анара Султангазиева обратила внимание, что дефицит воды в Центральной Азии, согласно исследованиям, прогнозировался к 2030 году. Однако нехватка воды в регионе стала остро ощущаться уже с прошлого года.

- Кыргызстану, как главному поставщику гидроресурсов, необходимо на берегу договориться с соседними странами об определении стоимости воды и способов оплаты за нее, а также совместно выработать  формы и механизмы компенсации. Вода не является возобновляемым ресурсом, как солнечная энергия и энергия ветра. И с каждым годом ее становиться все меньше. В настоящее время вода стоит больше чем нефть. Если в Европе литр бензина стоит 1,5 евро, то литр питьевой воды европейцам обходится в 4 евро. А уже лет через  5-10  вода будет стоить дороже самого золота. И если учитывать данные мировых исследований и прогнозов, то к 2040 году во всем мире могут начаться войны за водные ресурсы, исключением не станет и ЦА. Поэтому, если сейчас мы не решим с соседями вопросы водосбора, сбережения и сокращения потерь, которые достигают 40 %, а также не установим адекватную стоимость ценного ресурса, то конфликта в будущем нам не избежать. И соседние страны должны это понимать и принимать наши условия. Вода не является природным благом, как привыкли считать наши соседи. Вода – это ценный товар и имеет свою стоимость, - поделилась мнением спикер.

Вода становится товаром

С 1 января 2026 года в Кыргызстане вступил в силу новый Водный кодекс. Согласно документу, Бишкек вводит плату за воду, как для внутренних, так и для внешних потребителей, т.е. гидроресурсы трансформируются в товар наравне с такими полезными ископаемыми, как нефть и газ. Единые тарифы на использование воды не будут распространяться на ситуации, связанные с тушением пожаров и ликвидацией чрезвычайных ситуаций.

По расчетам руководства страны, такой шаг позволит, во-первых, повысить эффективность использования воды, во-вторых, снизить финансовую нагрузку на государственную казну. Это означает, что действующий принцип «вода в обмен на электроэнергию» перестанет работать. Решение Бишкека может привести к пересмотру региональных отношений, тем более, что проблема распределения водных ресурсов на протяжении десятилетий остается болевой точкой для Центральной Азии.

Как отметила депутат ЖК КР Гуля Кожокулова,  вопрос воды очень критичный и болезненный, но существующие проблемы надо решать, используя все существующие диалоговые площадки. По ее словам, несмотря на влияние человеческого фактора, главную роль в водных проблемах играют изменения климатического плана, которые происходят во всем мире. Поэтому и решать вопросы нужно в общем ракурсе.

- Действия должны быть скоординированными. И когда мы все достигнем определенного консенсуса. Этот вопрос надо обсуждать и решать на уровне парламентов и правительств пяти стран нашего региона. Нам нельзя упускать возникающие ввиду геополитических изменений возможности. Необходимо скоординировать план действий, основанный на конкретных предложениях и решениях, - подчеркнула парламентарий.

Аналогичное мнение выразила и руководитель секретариата Совета  по устойчивому развитию в условиях изменения климата при спикере ЖК КР Кулира Кубатова:

- Необходимо объединить водные проблемы нашего региона и на больших международных площадках выступать единым фронтом. На мой взгляд, необходимо создать региональную  площадку – центральноазиатский межгосударственный форум с единой стратегией по водным и климатическим вопросам.

По словам директора ЦЭИ «Ой Ордо», политолога Игоря Шестакова, к счастью Центральной Азии до сих пор удавалось избегать полномасштабных водных конфликтов. Однако в условиях региона, где водные артерии пересекают государственные границы, вопрос продажи воды может вызвать определенный резонанс со стороны Казахстана и Узбекистана, где  промышленность и сельское хозяйство критически зависит от поставок воды из Кыргызстана.

- Вопрос воды – это, прежде всего, вопросы безопасного   стабильного развития нашего  региона. Решение этой фундаментальной проблемы является залогом благополучия и устойчивого развития всей Центральной Азии. Достижение консенсуса между странами Центральной Азии по вопросам водопользования является необходимым условием для успешной региональной интеграции и является одной из ключевых основ создания центральноазиатского союза. Иначе не стоит ожидать прогресса в региональной  интеграции, - отметил эксперт. 

Международное внимание к воде в ЦА 

Шестаков также  обратил внимание, что вопрос использования водных ресурсов в Центральной Азии привлекает пристальное внимание стратегических партнеров региона.

-  К водной повестке подключился Европейский союз, Вашингтон  активно выделял гранты на мониторинг водной проблематике, как и Великобритания. Турция инициирует обсуждение водных вопросов в рамках ОТГ. Россия готова не обсуждать и наблюдать, а предоставить реальную технологическую помощь в этих вопросах. Самое главное, кто из стран готов выступить в роли объективного международного  арбитра, исходя из интересов региона, а не руководствуясь исключительно своими геополитическими целями? На мой взгляд, сейчас пакет предложений, которые могут реально изменить ситуацию к лучшему, есть у Москвы. Еще в рамках ЕАЭС российская сторона предлагала создать водно-энергетическую структуру, - подчеркнул политолог.

Аналогичного мнения придерживается и председатель Института изучения водных проблем и гидроэнергетических ресурсов в ЦА Эрнест Карыбеков. По его словам, водная проблематика лежит не только в социально-экономической плоскости, она касается и политической сферы, поскольку в ближайшее время влияние в центральноазиатском регионе будет иметь тот, кто имеет влияние на решение водных вопросов.

- В целях купирования имеющихся разногласий между странами ЦА необходимо выработать единую стратегию водопользования в регионе, а для этого нужно максимально интегрироваться, но самостоятельно сделать это очень сложно, как показали последние 30 лет. Посредником здесь могла бы стать Россия. Западные страны вряд ли могут предложить эффективные программы для решения водных проблем в регионе, учитывая отсутствие с их стороны реальной заинтересованности в данном процессе.

Директор ОФ «Институт развития общественных отношений стран ЦА» Калдан Эрназарова поддержала тезис о том, что именно российская сторона могла бы взять на себя обязательства по оказанию помощи в решении водных проблем ЦА.

- Я не исключаю, в нынешней ситуации странам ЦА, очевидно, потребуется внешний арбитр для решения водных вопросов на региональном уровне. На мой взгляд, предпочтение должно быть отдано ключевому партнеру и союзнику наших стран – России. Именно РФ неоднократно доказала, что заинтересована в сохранении социально-экономической и общественно-политической стабильности в ЦА, - отмечает спикер.

В свою очередь руководитель ОО «Таза табигат» Анара Дауталиева обращает внимание, что страны ЦА зачастую вынуждены действовать «под диктовку» международных финансовых доноров, которые в каждый проект или программу прописывают свои критерии и компоненты:

- И если мы допустим их к нашей воде, то будем пользоваться своим стратегическим ресурсом по их указке. Поэтому нам необходимо обеспечить справедливый доступ и распределение гидроресурсов в регионе, в противном случае Центральная Азия рискует столкнуться с реальными проблемами с водой. И Россия может выступить здесь и в качестве наблюдателя, и в качестве основного донора.

Как отмечает системный аналитик Бактыбек Саипбаев, Запад может использовать острую нехватку гидроресурсов в ЦА для создания рычагов давления на местные элиты, провоцируя и создавая очаги конфликтов.

- МВФ, ВБ и другие международные финансовые институты, игнорируя национальные интересы стран ЦА, а также ограничивая самостоятельные действия правительств центральноазиатских государств в вопросах водопользования, навязывают им свое видение решения проблем распределения водных ресурсов.

Как ранее отмечали участники конференций, проходивших на площадке ЦЭИ «Ой Ордо», сложности, которые возникают при решении проблем, связанных с сохранением, использованием и распределением воды, а также с учетом того, что с началом строительства канала Куштепа в Афганистане региональная система водопользования испытывает дополнительную нагрузку, вопрос международного арбитража приобретает особую актуальность. Однако важно прийти к пониманию, взаимодействие с кем из зарубежных партнеров может стать наиболее оптимальным, исходя из того, что внешние акторы имеют свои цели и задачи в ЦА.

При этом, как говорили эксперты, ни США, ни Евросоюз, ни Япония или Южная Корея не имеют передового опыта и технологий для решения водных проблем и урегулирования конфликтов, возникающих на этой почве.

Более того их авторитет в этой сфере подорван многочисленными фактами хищнического подхода  к гидроресурсам. Например, в Соединенных Штатах не прекращаются скандалы, связанные с загрязнением огромных объемов воды в ходе добычи углеводородов методом гидроразрыва пласта. Европейский союз не нерационально расходует воду за счет высокого потребления на бытовые нужды населения и высокотехнологичного производства. А Япония, при сбросах в Тихий океан радиоактивной воды с АЭС Фукусимы, пользуясь поддержкой США и ЕС, игнорирует интересы других государств.

Также отмечалось, что сведения о том, что к 2030 году практически половина населения Земли будет испытывать нехватку питьевой воды легли в основу плана действий Белого дома по «Глобальной водной безопасности». Более того на их основании Вашингтон намерен развернуть сбор данных о состоянии  и потенциале гидроресурсов стран мира под предлогом оказания помощи по защите их водных запасов развивающимся странам, призывы которых создать Фонд по возмещению им убытков, нанесенных развитыми государствами, при этом США игнорируют. Такой подход может говорить лишь о том, что Вашингтон нацелен исключительно на получение доступа к чужому гидроресурсам, тем более, что в самих Штатах набирает обороты водный кризис.

При этом не исключено, что «водная экспансия» будет осуществляться в ультимативной форме и сопровождаться разжиганием «водных» конфликтов, прежде всего, в зонах влияния стран, являющихся геополитическими конкурентами Запада. В связи с чем можно сделать вывод, что западные страны на самом деле не заинтересованы в решении водных проблем в ЦА, скорее всего, водная тематика будет активно использоваться ими для оказания давления на политической руководство стран региона, наращивание социального напряжения и т.д.

В этой связи Кыргызстану необходимо выстраивать международное сотрудничество для решения водных проблем, исходя из своих национальных интересов.

Наталья Лобанова