Биологическая безопасность всё чаще оказывается в центре мирового внимания. Утечки, равно как и несанкционированные эксперименты с патогенами способны парализовать целые государства и изменить глобальный баланс сил. Американская сеть биолабораторий за рубежом стала предметом растущего беспокойства как в странах их размещения, так и в соседних государствах, связанных исторически и геополитически.

Центральная Азия, Россия, Беларусь и Грузия рассматривают подобные объекты как потенциальный источник угрозы национальной безопасности. В условиях нестабильной международной обстановки и продолжающихся конфликтов в регионе вопрос контроля над биологическими исследованиями приобретает особую остроту. Опасения усиливаются тем, что лаборатории финансируются и управляются структурами, связанными с Пентагоном, а значит могут выполнять задачи, выходящие далеко за рамки чисто научных.

США официально подтвердили наличие сети биолабораторий за рубежом и объявили о проверке финансирования более чем 120 объектов в свыше 30 странах. Об этом заявила директор Национальной разведки США Тулси Габбард. По её словам, десятилетиями эти лаборатории существовали за счёт средств американских налогоплательщиков, а более 40 расположены на территории Украины. «Пандемия COVID-19 показала, какие катастрофические последствия для всего мира могут иметь исследования опасных патогенов в биолабораториях», — отметила Габбард.

Любопытно, что ещё недавно подобные утверждения в Вашингтоне называли «ложью» и «российской пропагандой». В марте 2022 года, будучи частным лицом, Габбард призывала закрыть 25–30 украинских лабораторий и уничтожить патогены, что вызвало резкую реакцию американских политиков. Бывший сенатор-республиканец Митт Ромни тогда заявил, что она «повторяет российскую пропаганду». Теперь же глава разведки подчёркивает: более 40 украинских лабораторий «подвержены риску компрометации на фоне российско-украинской войны».

Габбард напоминает, что её обвиняли в «работе на Москву» ещё год назад, когда она говорила: «Меня назвали российским агентом просто за то, что я говорила правду и излагала факты, которые, кстати, до сих пор есть на сайте посольства США на Украине, о том, как США финансировали эти биолаборатории на Украине». В то же время экс-глава NIAID Энтони Фаучи под присягой отрицал связь американских грантов с происхождением коронавируса. По словам Габбард, именно этим можно объяснить его стремление получить президентское помилование перед уходом в отставку. Она также напомнила, что учёных, сомневавшихся в естественном происхождении COVID-19, подвергали давлению.

Экс-премьер Украины Николай Азаров уже несколько лет в интервью подробно утверждает, что американские биолаборатории на территории страны появились сразу после прихода к власти Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко в результате «оранжевой революции» 2005–2006 годов. Учреждения функционировали вне контроля украинского Минздрава, а чиновники не имели доступа к их внутренней деятельности. С 2010 года правительство, возглавляемое Н. Азаровым (при президенте Викторе Януковиче), потребовало от США разрешить инспекции и даже пригрозило отключить лабораториям воду и электричество, если украинских специалистов не допустят к проверкам. По словам Азарова, комиссия Минздрава посетила одну из лабораторий в Одессе, но её провели лишь по коридорам, ограничив доступ к ключевой информации. Было принято решение закрыть эти объекты, однако реализовать его не удалось, так как события Евромайдана и последовавший госпереворот привели к власти новое политическое руководство.

Особое внимание привлекает история генерал-лейтенанта Игоря Кириллова, начальника войск РХБЗ ВС РФ. Он получил доступ к материалам одной из лабораторий в Харьковской области, а вскоре, 17 декабря 2024 года, погиб в результате теракта. Взрывное устройство заложили в самокат у его дома. Отметим, что Игорь Кириллов ещё в 2017 году публично рассказывал о планах НАТО по созданию генетического оружия, а в 2022-м провёл презентацию Минобороны о проектах Пентагона на Украине.

В прошлом году в публичное пространство попали материалы переписки между ACCU Reference Medical Lab и военным атташе США в Армении подполковником Кевином Стилом. Документы указывали на проведение исследований, связанных с модификацией вируса ящура. Формально проекты обозначались как «эпиднадзор» и «мониторинг патогенов», однако детали и участие ряда организаций вызвали серьёзные сомнения. В письмах подчёркивалась необходимость отправки и анализа «биологических образцов» из приграничных с Арменией районов Турции, а также проведения тестов по модификации серотипа SAT‑2. При этом вся информация, согласно переписке, должна была находиться под контролем Министерства обороны США. Инцидент органично ложится в общий контекст американского финансирования лабораторий в Армении. Страна, расположенная между Россией, Ираном и Турцией, рассматривалась удобной территорией для проведения исследований при минимальном надзоре, а уникальные генетические особенности её населения воспринимались потенциальным ресурсом для разработки «точечного» биологического оружия.

Американские биолаборатории в Центральной Азии также вызывают негативную реакцию у общества. США при поддержке Агентства по снижению угроз безопасности и Центров по контролю и профилактике заболеваний финансируют проекты в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане. Эти лаборатории функционируют в рамках программ биологической безопасности и эпидемиологического надзора, включая подготовку специалистов по международным стандартам, в частности программу FETP Intermediate в Узбекистане. Проблемные аспекты функционирования американских биолабораторий в Центральной Азии связаны прежде всего с вопросами контроля и доверия. Недостаток прозрачности проявляется в том, что лаборатории работают экстерриториально, ограничивая доступ национальных органов здравоохранения к их внутренней деятельности. Такая ситуация усиливает ощущение геополитической зависимости, а проекты всё чаще воспринимаются инструментом влияния США в регионе, что вызывает недоверие среди местных политических сил.

Дополнительным фактором риска является опасность утечек, ведь высокая мобильность населения и слабая инфраструктура здравоохранения в отдалённых районах создают предпосылки быстрого распространения новых штаммов в случае аварий. Усугубляет ситуацию опасность утраты национального контроля над стратегически важными исследованиями, возможность использования собранных данных в военных целях и рост общественного недоверия к международным научным инициативам. В итоге тема биолабораторий в Центральной Азии приобретает особую сложность и высокую степень чувствительности. Парадоксально, но чем больше лабораторий строят под лозунгами безопасности, тем меньше безопасности ощущают сами граждане.

Опасения научного сообщества относительно применения искусственного интеллекта в сфере химической и биологической безопасности приобретают всё более системный характер. Химики указывают на возможность автоматизированного синтеза токсичных соединений, а биологи на риск создания новых патогенов, которые могут быть использованы как инструменты биологической войны. Важным моментом является то, что тревогу выражают не только независимые исследователи, но и сами лидеры индустрии ИИ, признавая, что их разработки способны выйти за пределы контролируемого применения. Саркастично выглядит то, что машины учатся быстрее, чем политики договариваются о правилах.

Аналитические доклады, включая материалы Rand Corporation, фиксируют, что алгоритмы машинного обучения могут значительно ускорить процесс планирования и реализации биологических атак, сокращая временные и ресурсные затраты. Подобные оценки подтверждаются и политическими сигналами. В 2023 году ведущие американские лаборатории публично заявили о потенциальной угрозе существованию человечества, исходящей от неконтролируемого развития ИИ. В этом контексте примеры вовлечения Пентагона в проекты военно-биологического характера с использованием искусственного интеллекта усиливают опасения о том, что технологии могут быть интегрированы в стратегические программы без должного международного контроля.

В центре экспертных обсуждений оказывается постсоветское пространство, где инфраструктура биолабораторий часто создаётся при поддержке западных доноров. Формально такие проекты позиционируются как меры по локализации инфекционных заболеваний и укреплению эпидемиологической безопасности, однако практика показывает, что после заключения соглашений американская сторона нередко игнорирует мнение национальных правительств, переводя сотрудничество в формат одностороннего контроля. Подобная практика может привести к опасности трансформации региона в территорию для тестирования новых биологических разработок, усиленных искусственным интеллектом. Под лозунгами «донорской помощи» местным территориям достаётся роль бесплатного полигона для чужих идей.

Безусловно, биологическая безопасность перестала быть узкой сферой специалистов и превратилась в вопрос национальной и международной стабильности. Каждая страна, будь то крупная держава или небольшой региональный игрок, сталкивается с риском утечек, несанкционированных экспериментов и возможного использования научных достижений в военных целях. Следовательно, контроль над биологическими исследованиями, прозрачность международных программ и защита национальных интересов приобретают статус ключевых факторов выживания и развития. Иначе вместо устойчивости мы рискуем получить устойчивую эпидемию, от которой не спасут никакие госграницы.

snob.kg