Станет ли Центральная Азия «тихой гаванью» в эпоху геополитического шторма

Влияние геополитических вызовов на инвестиционную политику и развитие стратегических отраслей экономики Кыргызстана обсудили участники круглого стола: «Новые форматы сотрудничества в сфере добычи стратегических ресурсов в условиях глобальной нестабильности: вызовы и перспективы для Кыргызстана», организованного ЦЭИ «Ой Ордо».

Как отметил президент Союза промышленников и предпринимателей КР Данил Ибраев, время больших перемен, которое в китайском языке обозначается иероглифом, содержащим два понятия –  «опасность плюс возможность», для стран Центральной Азии, и в первую очередь для Кыргызстана – это, прежде всего, огромные возможности.

- Мы видим, что сейчас в разы увеличивается бюджет страны, увеличивается ВВП под 12% в прошлом году, и ожидаем примерно в таком же ракурсе в этом году. Растут показатели по туризму, по созданию новых предприятий промышленности, по горнодобывающей отрасли, где отмечается высокий уровень участия государства. Важно, что ресурсы используются для того, чтобы увеличивать потенциал нашей страны, логистику и торговлю. Надеюсь, что скоро мы придем к увеличению более глубокой переработки. Для этого нужно, чтобы подтягивалась и энергетика. Буквально недавно еще открыты две гидроэлектростанции, правда малой мощности. Сейчас идёт строительство солнечных электростанций в Иссык-Кульской и Баткенской областях. Это, я думаю, тоже даст потенциал для развития горнодобывающей промышленной отрасли, - отметил спикер.

По его словам, нынешняя позиция Вашингтона и его действия – неоднозначный вопрос с точки зрения влияния на страны ЦА.

- Мы каждый день сейчас слышим, насколько активно и уверенно ведет себя Трамп. Насколько эта его уверенность является фактором для нашего роста, конечно, вопрос двоякий. К сожалению, это приводит к трагическим моментам. Пострадали многие мирные жители Ирана – и это большая трагедия. Но это еще и вызов для стран ЦА с точки зрения логистики и развития их потенциала в целом. Иран – то направление, куда по планам должны выйти наши транспортные артерии. Например, коридор Ош — Бендер-Аббас, куда мы ездили, осматривали порты и инфраструктуру, имея планы довести до этого порта свою железную дорогу. Соответственно, строительство железной дороги Китай — Кыргызстан — Узбекистан плюс присоединение через Ош – все это создавало бы серьёзный, на мой взгляд, огромный потенциал для развития товарного потока и прибрежной инфраструктуры для нашей страны.

Конечно, положение транзитной страны является экономически рентабельным, но недостаточным. Поэтому сейчас активно прорабатываются вопросы по созданию больших логистических центров, в том числе по этому транспортному коридору Ош — Бендер-Аббас, который должен стать соединением возможности железнодорожных контейнерных перемещений и балкерных грузов через Российскую Федерацию с возможностью расширения сотрудничества с остальными странами  по направлениям Запад — Восток и по параллели Север — Юг.

Остро стоит и вопрос Каспия, на котором также отражается ситуация в Иране. И я надеюсь, что нынешняя ситуация не повлияет на то, чтобы мы смогли формировать свои транспортные коридоры в данном направлении. Сейчас идет активное обсуждение еще одного потенциального направления. Недавно приезжали представители, которые готовы предоставить возможность перемещения грузов из Кыргызстана в сторону России, а в дальнейшем возможно и Европы через Каспий, - рассказал глава СПП КР.

Кроме того, по его словам, сейчас упал уровень доверия со стороны многих инвесторов к арабским странам и Эмиратам, в связи с тем, что они подвергаются бомбардировкам. Соответственно это тоже возможность для Кыргызстана наращивать свой потенциал по инвестиционной привлекательности.

Нельзя забывать и про интеграционные возможности в рамках ЕАЭС и  ШОС. ОДКБ – это скорее военно-политический фактор, который не связан с торгово-экономическими процессами напрямую, однако имеет на них влияние с точки зрения обеспечения безопасности и сохранения стабильности. Потенциал БРИКС, который очень активно развивался, сейчас, по оценкам экспертов, к сожалению, уменьшается, на что влияют конфликты между участниками организации.

- Подводя итог, хотелось бы отметить, что сейчас Центральная Азия как минимум на Евразийском континенте имеет огромный потенциал для инвестиций. Я надеюсь, это будет возможностью для многих инвесторов найти «тихую гавань». В то же время с учетом новых технологий Центральная Азия обладает высоким потенциалом для транспортно-логистических перемещений. Сейчас в рамках ЕАЭС обсуждается применение искусственного интеллекта в интеграции и по транспортным перемещениям, в том числе в каботажных перевозках, и в остальных направлениях по перемещению товаров и прежде всего углеводородов в рамках Евразийского экономического союза.

Кроме того наш регион является большим центром притяжения в части потенциала редкоземельных элементов. Огромный интерес к ЦА проявляют США. Буквально на днях Трамп – наверное, самый активный лидер мирового сообщества на данный момент заявил: «за редкоземельными металлами мы пойдем куда угодно». Я убежден, что в Кыргызстан придут инвесторы, которые будут не только наращивать свои капиталы на добыче наших ресурсов. Я уверен, что будут воплощаться инициативы по формированию промышленного потенциала в нашей стране за счет строительства перерабатывающих предприятий, чтобы добытые ресурсы не вывозились в виде сырья, а приобретали добавочную стоимость. А для этого что необходимы: квалифицированная рабочая сила, энергетика, и конечно благоприятная обстановка в нашей стране, - подытожил Д. Ибраев.

В свою очередь председатель Ассоциации геологов и горнопромышленников КР Дуйшенбек Камчыбеков обратил внимание, что при наличии потенциала в горнодобывающей отрасли в Кыргызстане нет системности в плане его использования.

- Кыргызстану, и мы говорим об этом уже давно, важно ответить на такие вопросы: какие стратегические металлы у нас вообще имеются, насколько они разведаны, и  можем ли мы на эти месторождения сегодня приглашать инвесторов? Позволяет ли наше законодательство учитывать интересы и нашей страны, и тех стран, которые хотят у нас работать? Есть ли у нас специалисты, которые могут подготовить эту законодательную базу, конкурирующую хотя бы с соседними странами — Узбекистаном и Казахстаном?

Нужна концепция развития отрасли, на основании которой нужно причесать наше горное законодательство. Мы в течение нескольких лет говорим о том, что нашей стране нужен Горный кодекс. На что президентом было дано поручение, но этот вопрос, к сожалению, так и не решается. Возможно, это связано с отсутствием кадров, которые могли бы подготовить такой документ.

На сегодняшний день мы можем говорить о том, что в последние годы на изучение наших полезных ископаемых выделялись мизерные средства, которых едва хватает на обеспечение наших геологических партий, т.е. недостаточно, чтобы разведать какое-то месторождение. Да, был момент, что президент жестко поставил вопрос и решил вопрос с финансированием. Выделили один миллиард сомов на кыргызскую геологическую службу – ГП «Кыргызгеология». Предприятие приобрело много геологоразведочной техники, которая на сегодняшний день помогает нашим геологам работать и  создавать для нашей страны потенциал для будущего по вопросам недропользования, - рассказал спикер.

Он также обратил внимание, что сейчас инвесторов, как из соседних, так и из западных стран, включая США, интересуют критически важные сырьевые минералы, и в первую очередь месторождения редкоземельных металлов.

- У нас на сегодняшний день есть только одно разведанное месторождение — это Кутессай-II, которое находится в Кемине. В союзное время оно разрабатывалось до определенной глубины, но после распада по экономическим и техническим параметрам было закрыто. В последнее время идет попытка возобновления работы по разработке этого месторождения. Там находится очень большое количество редкоземов – это целая лантаноидная группа — иттрий, тербий, гадолиний и другие металлы, которые востребованы на мировом рынке.

Если мы сумеем организовать производство по данному месторождению, то обеспечит не только поступление денег в бюджет нашей страны, но и поможет в решении многих других актуальных вопросов. Сегодня горнодобывающая сфера вкладывает очень большие финансовые средства в экономику Кыргызстана. Если в 2019-м году  в виде налогов и социальных платежей поступили в бюджет от горнодобывающей промышленности поступили средства в объеме около 18 млрд сомов, то по результатам 23-го года эта сумма составила более 65 млрд сомов. Рост очень большой.

У нас на сегодняшний день есть закон «О недрах», он работает, и как показывают цифры, обеспечивает поступление денег в бюджет нашей страны. Но мы должны совершенствовать наше законодательство. Мы разработали Водный кодекс и Земельный кодекс, а Кодекса о недрах у нас нет. Его важно принять, потому что кодекс стоит выше, чем закон, и когда возникают какие-то спорные моменты, вопросы недропользования оказываются на втором плане.

Сегодня много говорится о значимости горнодобывающей отрасли, но до сих пор не сформирована ни стратегия, ни концепция, ни программа ее развития и добычи полезных ископаемых. Мы должны подготовить концептуальный документ, как мы будем разрабатывать те же цветные или черные металлы, как мы будем разрабатывать наши угольные месторождения и т.д.

У нас есть и нефтяные месторождения. По результатам 2023-го года мы добыли порядка 25 млн кубов газа, и 165 тысяч тонн сырой нефти. Есть прогнозные данные, что по десяти перспективным площадям запасы нефти могут составить более одного миллиарда тонн. Потребность нашей страны в нефтепродуктах составляет 1,5 млн тонн. Соответственно если бы мы добывали 3 млн тонн в год, то мы могли бы полностью обеспечить себя нефтепродуктами. Но сейчас мы добываем мизерное количество. Если у нас есть нефтяные месторождения, мы должны обращать на это внимание на государственном уровне – подготовить концепцию, находить финансовые средства, привлекать инвестиции и разрабатывать их.

У нас очень большой потенциал по металлам. Учтенные запасы одного только  месторождения Жетим-Тоо составляют более миллиарда тонн, а прогнозные запасы — более 3 млрд тонн. Там есть и магнетит, и гематит. Если мы начнем разрабатывать это месторождение, у нас появится металлургия. К этому мы можем приспособить наши коксующиеся угольные месторождения, и у нас будет свой кокс. Если мы грамотно подойдем к этому вопросу, то с разработкой этого месторождения мы сможем создать огромный промышленный комплекс. А это рабочие места, налоги и другие поступления в бюджет. Мы могли бы получить сотни миллиардов долларов. В этом плане надо работать.

В Жумгальском районе у нас есть крупные месторождения Сандык Кушашат, пригодные для добычи алюминиевого сырья. В Баткенском районе тоже есть крупное месторождение Зардалек. Там запасы примерно сотни миллионов тонн. При производстве алюминия требуется очень большое количество энергии, но если мы  собираемся построить на базе Кара-Кечинского угольного месторождения ТЭС, то вполне сможем использовать ее энергию для разработки алюминиевых месторождений, т.е. создать еще один промышленный комплекс.

Но чтобы реализовывать эти проекты, нам  нормальная самостоятельная структура. Сейчас Министерство природных ресурсов занимается очень многими вопросами. В первую очередь — экологией, климатом, смогом, а горнодобывающая промышленность и геология стоит на последнем месте. Поэтому нужна отдельная структура, на базе которой мы могли бы разработать концептуальный документ — как мы будем развивать нашу горнодобывающую отрасль. Также на базе этого органа мы сможем разработать Кодекс о недрах. И привлекая местное население, разрабатывая эти месторождения, мы сможем получать не десятки, а сотни миллиардов сомов в бюджет нашей страны, - добавил Д. Камчыбеков.

Исполнительный директор Кыргызского общества экспертов недр Аркадий Рогальский в свою очередь обратил внимание на вопросы, касающиеся собираемости налогов от горнодобывающих предприятий.

- Когда мы говорим о росте поступлений в бюджет, нужно учитывать и такие факторы, как стоимость доллара в прошлые годы и сейчас, инфляцию и т.д.  После пандемии коронавируса, после всех региональных войн покупательская возможность, как и возможности бюджета совершенно несопоставимы с тем, что было до этих событий.

Во-вторых, я бы хотел обратить внимание не на показатели собираемости налогов, а на показатели физической добычи полезных ископаемых. А вот здесь у нас полный швах. Если говорить про добычу той же нефти и газа, то здесь, благодаря госуправлению и «мудрому» руководству определенных высокопоставленных лиц,  «Кыргызнефтегаз» демонстрирует падение показателей добычи почти на 30%. На «Кумторе» реальные показатели, согласно данным СМИ, тоже сильно отличаются от «красивой картинки», которую нам показывают, - рассказал спикер.

Он также отметил, что механизм взаимодействия между государством и инвестором – «Инвестиционное соглашение» был разработан еще в 2015 году. На сегодняшний день такое соглашение подписано с двумя предприятиями.

- Первое из них это компания Chaarat Gold, которая уже очень долго занимается разведкой месторождения «Чаарат», по которому проходят только сумасшедшие километры погонных скважин, и добывается только пачка бумаг. При этом месторождение инвестируется то ли на Бермудах, то ли в Канаде, то ли в Великобритании, а сама компания больше выглядит не столько оперативной, сколько занятой спекулятивным капиталом.

И вторая компания — это Eti Bakir Tereksay, которая начала работать как совместное предприятие с «Кыргызалтыном» (25 на 75), но стала убыточной. К 2029 году там уже была построена фабрика, которую долго не могли запустить. И чтобы это сделать пришлось внедрять институт инвестиционного соглашения.

Как я вижу, госпредприятия, которые на сегодняшний день владеют стратегическими лицензиями, не запустили работу ни по одной из них. Мы видим только коррупционные проявления, представителей этих предприятий: «Кыргызнефтегаз», «Кыргызтранснефтегаз», «Кыргызкомура», периодически задерживают по статье «коррупция». Когда-нибудь эти предприятия, может быть, и покажут результат, а пока ситуация по добыче и доходам государства только ухудшается. Поэтому сейчас важно принять не только стратегию управления отраслью, но и решение относительно участия в ней государства.

Еще один важный момент – взаимодействие с инвесторами. С одной стороны мы говорим о необходимости привлечения инвестиций, с другой стороны всячески усложняем отношения в части тех же налогов с теми, кто приходит к нам со своими капиталами. Например, сейчас обратно внедрили закон «Сборы» на развитие минерально-сырьевой базы. В 2023 году данное постановление №75 Верховным судом было признано неконституционным. А в марте 2024 года признали действующим. И цифры сборов там вообще уникально растут.

Но при этом количество выданных лицензий на сегодняшний день заметно снизилось – за последние три года на 33%. Сейчас все основные налоги идут с крупнейших предприятий, которые заметно замораживают свои инвестиционные вложения. То есть на перспективу они уже не работают, отрабатывая имеющиеся запасы с целью дальнейшего закрытия проектов. Т.е. получается, что наши потуги по раскрытию инвестиций находятся в полном противоречии с реально действующей политикой государства.

И в данном случае мне бы хотелось вот отдельно поднять вопрос о том, что стратегическим партнером Кыргызстана является Российская Федерация. При этом мы планируем свои стратегически важные полезные ископаемые через те же инвестиционные соглашения отправлять странам блока НАТО,  причем странам, которые явно по протекционизму Министерства обороны производят вооружение для нападения на Россию. С учетом этого  наша политика выглядит очень странной. Нам нужно определиться с кем мы, но мне кажется, что нам скорее надо дружить с Россией, где официально каждый шестой, неофициально каждый третий житель находится. И откуда мы получаем нефть и газ.

В этом контексте следует рассматривать и потенциал наших редкоземельных элементов. В республике есть их запасы, но себестоимость их разработки уже в сороковых годах стала убыточной. Только в случае кооперации — если сложить наши ресурсы с ресурсами соседних стран и отправить на переработку по имеющимся уже технологиям в Россию, то в этом случае наши ресурсы могут стать немножко рентабельны. Но и это будет скорее стратегическая, нежели экономическая рентабельность.  При построении финансово-экономической модели, какие бы мы цифры ни ставили, какие мы ни делали скидки даже по инвестиционному соглашению, которое сейчас сделали для турецких компаний и для западной компании «Чаарат», наши редкоземельные элементы на сегодняшний день, по моим данным, являются нерентабельными. Т.е. вопрос их добычи исключительно политический, и мы должны показать с кем мы на одной стороне.

Ну и в заключении я бы хотел сказать, что все-таки главный стратегический критически важный ресурс Кыргызстана – это ни металлы, ни уголь, а вода. И в данном случае очень странно, что из структуры Министерства природных ресурсов, структуры ГП «Кыргызгеология», структуры Кыргызской геологической службы исключены все вопросы, связанные с гидрогеологией, - добавил А. Рогальский.

Отчасти поддержал эту мысль и председатель Института изучения водных проблем и гидроэнергетических ресурсов в ЦА Эрнест Карыбеков.

- Я предлагаю воду, реки, я бы еще добавил туда все минеральные ресурсы, которые относятся к выработке электроэнергии, производству энергоносителей, хранению и доставке энергии, внести в топливно-энергетический баланс. Сегодня он состоит из выработанной электроэнергии, угля, там немножко нефти. Но в новый мир, который сейчас формируется,  мы должны зайти с каким-то богатством, если мы опять голыми туда зайдем — мы там суверенными никогда не будем.

Все эти наши ресурсы вообще отнести к национальным ценностям. Вот тогда у нас мировоззрение поменяется. То есть мы должны со смыслами войти в новый мировой порядок. И если мы это сделаем, тогда те наши ресурсы, которые сегодня потенциально оцениваются, скажем, в миллиарды, в будущем могут принести нам триллионы долларов, конечно если доллар останется единицей расчета в международном новом порядке.

Таким образом мы сможем подкрепить свои финансы, которые в свою очередь сможем инвестировать в высокотехнологичные проекты. Т.е. мы можем сами за счет своих ресурсов реализовать высокотехнологичные проекты, а значит, нормально развиваться, - поделился мнением спикер.

Он подчеркнул, что мир кардинально меняется, происходит постиндустриальный – информационный, энергетический переход, а Кыргызстан в нем как будто не участвует.

- Мы сидим и ждем с моря погоды, про перспективы рассуждаем. Конечно, мировая политическая волатильность влечет и экономическую неопределенность, но нужно принимать решения. Сейчас нужны конкретные концептуальные предложения. Нужно менять мировоззрение – с чем мы  будем в новый мировой уклад переходить. Если сейчас не принять стратегических шагов, нас и дальше будут использовать и грабить другие государства, как это происходило последние 35 лет.

Я хотел бы остановиться на том, что мы сегодня имеем. Основные направления горнопромышленной отрасли, они находятся в тупике — это однозначно. Потому что из всех наших золоторудных месторождений в активной разработке находятся только шесть месторождений. За 36 лет мы так и не начали извлечение запасов из других месторождений, при том, что золото растет в цене.

Вольфрам, никель, олово, сурьма, ртуть тоже стоит. Президент прав в том, что мы, наверное, ленивый народ, особенно чиновники. Лицензию отдали и сидят занимаются доставкой налогов, а инвесторы тем временем вывозят наши богатства.

В стране находится более 200 рудных месторождений. Нерудные месторождения понемногу сейчас разрабатываются, а рудные , среди которых 90 – золотосодержащие месторождения, стоят. А основная масса тех инвесторов, которые сейчас у нас работают – это не инвесторы, а выгодополучатели. У нас нет инвестиций, у нас есть кредиты, которые висят на шее каждого гражданина нашей страны, которые мы должны выплачивать.

Средний мировой показатель доходности, т.е. чистой прибыли у золотодобывающих предприятий 17-18%. У нас же такая ситуация – Кыргызстан за счет налогов получает всего лишь 20% от общей выручки, а 75-80% уходит тем разработчикам — зарубежным частным компаниям.

Есть предложение разработать рентное дифференциальное соглашение, согласно которому наша доходность кардинально поменяется - 70-80% будет оставаться у нас в стране, 20-30% будут получать инвесторы. Это нормальная мировая практика и порядочных инвесторов это вполне устроит. Важно обозначить ответственность за рекультивацию после завершения проектов, она должна ложиться на плечи, как владельцев недр, так и тех, кто их разрабатывает. Те нам нужно навести порядок, и законодательно это все закрепить. И применяться этот механизм должен ко всем инвесторам одинаково, без принятия каких бы то ни было эксклюзивных прав. И это будет важный шаг  к успешному переходу в новые условия миропорядка, - подытожил Э. Карыбеков.

В свою очередь политолог Азамат Темиркулов развил мысль о том, должен или не должен Кыргызстан продавать критически важные сырьевые минералы западным странам.

- В этом контексте я подумал про Казахстан – основной поставщик урана в мире, который продает его, в том числе, странам НАТО. Но и сама Россия продает свои нефтяные и газовые ресурсы членам Североатлантического альянса. Поэтому я не вижу никаких противоречий в том, что Кыргызстан будет поставлять какие-то ресурсы в эти страны, - отметил эксперт.

Вместе с тем он выразил уверенность, что страны ЦА и Кыргызстан ждет светлое будущее ввиду имеющихся у региона перспектив, а также в силу ряда других факторов.

- Сейчас мы решили свои внутренние региональные проблемы, в том числе сняли приграничные вопросы. Мы действительно сейчас являемся тихой гаванью. И то, что сейчас такой повышенный интерес к нам со стороны международных игроков, это говорит о том, что у нас большие перспективы.

То, что мы сейчас сидим здесь и думаем, с кем нам сотрудничать, а с кем не сотрудничать, это говорит о том, что мы перестали быть тупиком. Мы стали открыты для всего мира, и это говорит о будущих наших очень хороших перспективах.

То, что в Иране идет война — это конечно прискорбно, но я вижу, что те конфликты, которые происходят вокруг Центральной Азии, сегодня, извините меня за цинизм, приносят только выгоду и возможности для нашего региона. Мы наблюдаем экономический рост, и не только у Кыргызстана — 11%, у наших соседей тоже ВВП растет очень хорошими темпами. Мы у себя внутри все стабилизировали, благодаря чему увеличился и интерес внешних игроков к нашей экономике. Поэтому регион действительно стал тихой гаванью. Это хорошие возможности, и мы не должны эти возможности упускать, я считаю, - поделился мнением А. Темиркулов.

Поддержал эту мысль и завотделом по экономическим вопросам НИСИ ПКР Вячеслав Пак. Он отметил, что в условиях глобальной нестабильности многие страны могут ориентироваться и находить преимущества, несмотря на угрозы и риски.

- Кыргызстан обладает, как мы все знаем, редкими стратегическими ресурсами. Но многие ли из нас задумываются сегодня о том, насколько наша республика технологически суверенна? Сейчас многие страны мира на повестку дня выносят вопрос технологического суверенитета.

Как вы знаете, возможно, сейчас вот страны мира на основе пирамиды Маслоу выстраивают базовые потребности государства, которые покрываются за счет разных элементов. И добыча ресурсов находится в базовой части этой пирамиды. Поэтому если рассматривать Кыргызстан с точки зрения перспектив по добыче полезных ископаемых, то здесь нам главное выстроить такие отношения, такие механизмы и инструменты, чтобы дальше мы могли развивать свою перерабатывающую промышленность, диверсифицировать свою экономику, которая находится сейчас в процессе активного развития. То есть, если мы вкладываемся не только в освоение, но и выстраивание долгосрочных — что очень важно — долгосрочных отношений, взаимовыгодных и отвечающих интересам всех сторон, то только в этом случае мы можем говорить об укреплении своего технологического суверенитета.

Поэтому давайте будем двигаться в части развития нашего технологического суверенитета, - подытожил спикер.

Наталья Лобанова

Продолжение следует…