Директор центра экспертных инициатив «Ой Ордо», Игорь Шестаков специально для Азиатского Экспресса

Правые ушли, правые пришли — но курс меняется. Новое правительство Венгрии, судя по первым сигналам, будет выстраивать более сдержанную линию в отношении ЦА и, вероятно, сократит прежнюю активность

Результаты парламентских выборов в Венгрии могут негативно отразиться на перспективах сотрудничества стран региона с государством, которое в последние годы было одним из самых вовлечённых европейских партнёров ЦА. При экс-премьере Викторе Орбане Будапешт за последние 5-6 лет заметно активизировал контакты с ЦА.

Это происходило как в рамках ОТГ, так и на двустороннем уровне. Орбан не ограничивался формальным участием в саммитах — он лично посещал Кыргызстан и другие страны региона, последовательно выстраивая прямые связи. При этом он исходил из прагматичного подхода, рассматривая ЦА как перспективное направление, прежде всего в энергетике.

В отношениях с Кыргызстаном обсуждались конкретные проекты — запуск прямых авиарейсов между Бишкеком и Будапештом, развитие контактов между торгово-промышленными палатами и деловыми кругами. Причем Орбан продвигал модель сотрудничества без политических условий, что выгодно отличало его подход от позиции Европейского союза и той же Германии, где инвестиционные предложения соседствуют с требованиями продвижения «демократических ценностей» в духе ЕС.

Такой курс не был случайным. Орбан считался одним из наиболее оппозиционно настроенных политиков внутри самого ЕС. Он ставил суверенитет Венгрии гораздо выше европейской повестки, регулярно критикуя Брюссель, в том числе за антироссийские санкции, и неоднократно блокируя отдельные решения.

Ещё одной принципиальной линией его политики стало жёсткое неприятие миграционного курса, продвигаемого Германией и Францией. Орбан последовательно выступал против массового приёма беженцев с Ближнего Востока и предпринял шаги, направленные на ограничение их притока в Венгрию. В итоге страна была защищена от исламского радикализма и терроризма, включая террористической организации ИГИЛ.

В этой связи стоит отметить противостояние с влиянием Фонда Сороса. По инициативе Орбана был принят пакет законов «Stop Soros», существенно ограничивший деятельность связанных с фондом структур, прежде всего в вопросах миграции и ограничения грантовой деятельности на политические процессы. Сорос, а он является уроженцем Венгрии, был вынужден свернуть свою работу, а сам фонд был объявлен иностранным агентом. Показательно, что сам Орбан в начале своей политкарьеры получал гранты от структур Сороса, что, вероятно, дало ему понимание механизмов их влияния.

Победивший на выборах Петер Мадьяр, в прошлом политический единомышленник Орбана, будет играть по правилам так называемой европейской демократии. Поддерживая санкции, которые могут в итоге негативно отразится на ЦА.

Илон Маск уже заявил, что в Венгрии победил не Мадьяр, а команда Сороса, что может означать возвращение их влияния в Будапеште. Причем нельзя исключать и подключение фонда Сороса к повестке ОТГ в ЦА, в контексте как сокращения влияния Москвы и Пекина, и той же добычи редкоземельных металлов. Сорос в первую очередь бизнесмен, а потом идеолог.

Поэтому можно ожидать пересмотра от Будапешта прежних внешнеполитических приоритетов. В таких условиях интерес к Центральной Азии может отойти на второй план, а выстраивание полноценных контактов с Кыргызстаном и соседними странами станет менее приоритетным.

Формат участия Венгрии в ОТГ остаётся открытым. Если Орбан ее выстраивал, ориентируясь на национальные приоритеты, то при Мадьяре, скорее всего, политики будет больше, чем экономики. Будапешт точно не станет мостом между Востоком и Западом, о чем не раз говорил Орбан. Сильно сомневаюсь, что новый премьер поддержит деятельность ШОС и  БРИКС, как это делал Орбан.

Однако Орбан и его партия прошли в новый состав парламента, поэтому его не стоит вычеркивать из большой политики.

t.me