rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Конфликт в Ворухе: кому выгоден приграничный очаг напряженности?

22 июля в 17:20 на кыргызско-таджикском участке гоcграницы произошел очередной инцидент, закончившийся жертвами среди местных жителей. Согласно информации Государственной погранслужбы КР, причиной конфликта послужила установка флагштока жителями села Ворух (РТ) на въезде в село.

Об экономической ситуации Кыргызстана: крокодил не ловится, не растет кокос

Как ни прискорбно это отмечать, но экономика Кыргызстана находится в состоянии стагнации, причем стабильной вот уже почти полтора десятка лет.

Атамбаев-2019: из политика в уголовника

События, произошедшие 7 августа в селе Кой-Таш, породили множество мифов и еще раз подчеркнули ряд проблем. Остановимся на некоторых из них.

Общество

НПО. KG: Деньги решают все?

В Институте общественной политики состоялось экспертное обсуждение вопросов связанных с ролью и задачами неправительственного сектора страны.

Динара Ошурахунова, руководитель Коалиции «За демократию и гражданское общество»

- У нас в обществе существует тотальное недоверие, им заражены все слои общества, начиная от президента, заканчивая бомжем. В этом случае сложно строить какие-то дискуссии и продвигать какие-то инициативы. Конструктивного взаимодействия с властью не будет до тех пор, пока нет стабильности. Нет стабильности не только в государстве, но и во властных структурах. Только НПО построили конструктивное взаимодействие с одним министром, его меняют. Только наладишь сотрудничество с каким-либо комитетом, происходит развал коалиции. Я согласна, что НПО после 2005 года стали осуществлять свою работу только в рамках проектной деятельности. Если до 2005 года еще была миссия, то ограничение ресурсов загоняет людей в ситуацию, когда они вынуждены работать только по проектам.

НПО – это способ занять население, самого себя, или ты уезжаешь, или ты создаешь себе рабочее место. И ждать от неправительственных организаций отстаивания каких-то принципов в такой ситуации не видится мне возможным. Я не согласна, что сектор НПО монополизирован, потому что неправительственные организации не занимают всю гражданскую сферу. Продвигать какую-то инициативу может кто угодно, но зачастую мы видим одних и тех же лидеров НПО. Соответственно, у государственных органов есть бренды, которые постоянно используются. Никто не хочет искать какую-то новую организацию, хотя есть множество организаций, работающих по схожим направлениям.

До 2005 года НПО пытались стать финансово устойчивыми. Мы сдавали членские взносы, но оказалось, что наши членские взносы облагаются налогами. В этом смысле государство не дало возможности неправительственному сектору стать финансово устойчивым. В фонде может быть всего один учредитель, он не обязан отражать прозрачность бюджета, поэтому фонды фактически не отчитываются. Общественные объединения обязаны это делать. У нас есть всего 10 организаций, в которых сменяются лидеры. Относительно утверждения о том, что НПО создаются для того, чтобы войти во власть, с этим я не соглашусь. У нас были яркие примеры, когда нашим лидерам неправительственного сектора предлагали должности, но они не пошли во власть. Сращивание с властью и сращивание с партией - это совсем разные вещи. В основном, все НПО сконцентрированы в Бишкеке и на юге. В Нарыне и на Иссык-Куле НПО фактически нет. Раньше они существовали и занимались обучением молодежи. Как только НПО закрылись, на их места пришли религиозные организации.

Государственная служба финансовой разведки при Правительстве Кыргызской Республики пытается инициировать Закон КР «О противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию террористической или экстремистской деятельности». Мы наконец-то увидели, что религиозные организации регистрируются так же, как и неправительственные организации, но при этом отношение к ним совершенно другое: они не платят налоги, руководствуются не Конституцией, а религией. У власти нет понимания о том, что необходимо разделять деятельность светских НПО и религиозных.

Шерадил Бактыгулов, эксперт по государственному управлению

- Можно констатировать, что с 2004 года в Кыргызстане стали доминировать следующие мнения о НКО.

1. Иностранные агенты. Наиболее ярко это прослеживается в роли НКО «Кел-кел» в качестве зачинщика мартовских событий 2005 года, а также в роли общественных объединений оппозиции в апрельских событиях 2010 года и после них. К слову, многие из них ушли в небытие, а ярлык живет уже применительно к другим НКО.

2. Обезжирить и контролировать. Регулярно раздаются призывы провести оценку эффективности доноров и НКО. В 2009 году депутаты Жогорку Кенеша четвертого созыва инициировали проект закона о финансовой и иной подотчетности НКО, отдельные нормы которого реанимированы в 2013 году в проекте закона «О противодействии легализации (отмыванию) преступных доходов и финансированию террористической или экстремистской деятельности».

3. Словоблуды. После апрельских и июньских событий 2010 года в Кыргызстане стали считать, что НКО, щедро финансируемые Западом, в большинстве своем занимаются политическими вопросами. При этом считается, что инициированная НКО политическая активность бедных слоев населения приводит к социально-политическим потрясениям, а не к росту их благосостояния.

4. Грантоеды. Местные НКО ежегодно получают от доноров средства, превышающие годовой бюджет государственных учреждений или даже некоторых областей Кыргызстана, а результаты деятельности оставляют желать лучшего.

Можно по-разному относиться к складывающейся ситуации (к не всегда объективной критике и навешиванию ярлыков), но нам полезно осознать, что этот пристрастный перечень свидетельствует о двух кризисах в НКО-секторе. Первый кризис связан с деятельностью донорских организаций в Кыргызстане. В 90-х годах прошлого века под влиянием доноров в стране появилась концепция гражданского общества. В целях развития гражданского общества доноры способствовали развитию НКО, считая рост НКО признаком демократизации и развития гражданского общества. Далее, концепция предполагает, что институты и объединения граждан, функционирующие между государством и человеком, должны создаваться на добровольной основе и сдерживать устремления государства по его монополизации. Второй кризис связан с деятельностью НКО.

Сегодня активные НКО переживают кризис среднего возраста, и если его не преодолеют, то будут стремительно приближаться к концу жизненного цикла организации. «Спящие» и «мертворожденные» НКО могут находиться в анабиозном состоянии вечно, периодически «просыпаясь» для получения гранта. Но речь сегодня не о них. Речь о тех, чью работу хотелось бы видеть и далее.

Валентин Богатырев, руководитель аналитического консорциума «Перспектива

- 20 лет НПО были известны и знамениты, и заработали весь свой капитал на том, что занимались политикой. Приход новой власти, позиционирующейся как демократическая, стал концом политической истории кыргызских НПО. Эта власть в силу своих взглядов и подходов включила НПО в структуру управления за счет некоторых механизмов и процедур, прежде всего – Общественных наблюдательных советов при министерствах, Советов по отбору судей, придания статуса общественного госТВ, включения представителей НПО в структуры, осуществляющие реформирование (ДПС, МВД и так далее). Те организации, которые представляли гражданское общество, стали, по существу, элементами структуры власти.

Гражданское общество потеряло повестку дня. Тема сопротивления власти, защиты политических прав ушла. С введением партийного механизма формирования власти заметно снизалась роль НПО в политической сфере. Гражданское общество потеряло ту повестку дня, которая всегда была основой внимания к нему, основой его привлекательности и статуса в обществе. Тема защиты прав человека, защиты политических прав отошла на второй план и локализовалась по времени и предмету проявления – только в период выборных или других политических кампаний. Правозащитники, которые раньше находились в мэйнстриме общественного сопротивления режимам власти, теперь, продолжая двигаться по инерции, следовать прежней логике, порой оказались защитниками политических маргиналов.

Гражданское общество без граждан. НПО как отрасль народного хозяйства. По разным оценкам, в районе 90 процентов реально действующих НПО – финансируемые внешними спонсорами организации.

В стране практически нет неправительственных организаций, которые существовали бы достаточно длительное время на собственных ресурсах, на собственной активности граждан. Ситуация с передачей функций финансирования от внешних источников к государственным ничего здесь не поменяет. Какая разница: какое государство платит? Факт в том, что в любом случае граждан там нет, там просто ресурсы доноров. Это своеобразное гражданское общество без граждан, некоторая отрасль по осваиванию рынка внешних ресурсов.

. Несмотря на то, что прошло 20 лет после Советского Союза, общество мало изменилось. По-прежнему большинство населения не имеет активной гражданской позиции и не привыкло, не хочет защищать свои права. Сегодня в городе Бишкек каждый день в каком-либо районе нет света или воды. И мы все к этому привыкли. Никто из нас не защищает свои простые гражданские права. Своеобразной формой гражданской активности является барымта, мародерство. Не защищать свое, а отбирать чужое – вот в чем начинает проявляться форма гражданской активности. Именно эта форма социальной активности, подобно коррозии, выедает, вытесняет отстаивание своих прав. Нет смысла добиваться долго и утомительно, чтобы энергокомпании отвечали за отключения света или тепла, транспортники и городские власти – за состояние дорог, проще наехать на иностранную компанию, на богатых, вступить в коррупционный сговор с контролером и получить или сохранить часть доходов. Люди начинают думать, что выгодней не бороться с энергокомпанией, а договориться с контролером – это вещь, которая убивает гражданскую активность.

Остановить донорское финансирование неправительственных организаций. Это не означает, что надо прекратить поддержку позитивных процессов, реформ, трансформации общества различными донорами. Но надо делать это не через гражданское общество, через промоушинговые или адвокаси компании: платить деньги профессионалам, которые будут заниматься продвижением, лоббированием и защитой.

Нужно перенести акценты развития активности гражданского общества с политической сферы в бытовую. Только там сейчас существуют интересы людей. Любые попытки представлять политические интересы сейчас очень легко спекуляризирутся, ангажируются различными организациями, и не дают никакого результата. Если мы не поднимем эту низовую активность людей, связанных с решением их повседневных проблем, у нас гражданского общества не будет.



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir