rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Кыргызстан и Россия: партнерство во имя стабильности

В рамках официальной помощи России в развитии Кыргызстана, российское правительство списало долг республики по кредитам на сумму в 240 миллионов долларов

Мигранты из Кыргызстана все меньше попадают в «черные» списки

Трудовая миграция для Кыргызстана является актуальной темой, особенно часто эти процессы рассматриваются в контексте вступления Кыргызстана в ЕАЭС.

Перспективы сотрудничества стран ЕАЭС в сфере противодействия терроризму и экстремизму обсудили в Бишкеке

В столице Кыргызстана состоялся Бишкекский Антитеррористический Форум стран ЕАЭС, посвященный совместным усилиям всех участников Евразийской интеграции в борьбе с терроризмом и экстремизмом.

Выборы

Эксперты: Эти выборы были более прозрачными, чем при Акаеве и Бакиеве.

Ведущие эксперты Кыргызстана дали свои оценки прошедшим президентским выборам

Ишенбай Абдуразаков, общественный деятель;

- Выборы прошли. Нет сомнений относительно фаворита, он набрал внушительный процент голосов. Да, конечно, там были досадные организационные недостатки, но, на мой взгляд, они не носили массового характера, и поэтому ставить под сомнение итоги выборов нет достаточных оснований. Хотя, конечно, было бы очень хорошо, если бы этих недостатков было меньше, и еще лучше, если бы их вообще не было. Но реальность такова, что надеяться на это у нас пока рановато. Все же будем надеяться, что со временем такие общенародные голосования будут организовываться лучше.

На этих выборах меньше чувствовалось давление административного ресурса, хотя на местах, может быть, он и применялся. У нас очень много таких людей, работающих в разных структурах, которые по привычке начинают прямо или косвенно оказывать давление, но, на мой взгляд, это не было массовым явлением, поэтому именно в этом главное отличие этих выборов от предыдущих.

Нельзя делать категоричные однозначные выводы по поводу объективности данных выборов. В целом, они прошли достаточно спокойно, но с некоторыми недостатками. У нас есть такая привычка: либо говорить, что все замечательно, чистенько, идеально, либо говорить, что были сплошные злоупотребления. Но так нельзя, потому что факты говорят о том, что, в целом, выборы прошли нормально, но, как я сказал, с рядом досадных недостатков.

У Центризбиркома были хорошие возможности для того, чтобы не допускать, по крайней мере, те ошибки, которые были допущены их предшественниками. В прошлом году референдум проходил в спешке, но в этом году были все возможности для того, чтобы не допустить эти ошибки. Но они допущены, это, конечно, досадно. Теперь они должны из этого сделать соответствующие выводы. Это не последние выборы, я думаю, что сама Центральная избирательная комиссия - это не вечный, не постоянный орган, там могут появиться новые люди, не сейчас, а со временем. У них есть аппарат, который обязан делать все аккуратно, чтобы не было таких явлений.

Мы шаг за шагом будем идти к тому, о чем все мечтают, чтобы выборы прошли справедливо, без нажима власти, без нажима каких-то групп, чтобы выборы были транспарентны, и всем было ясно, как они проходили, чтобы не допускались злоупотребления при подсчете голосов. Это коренные вопросы, на это надо делать акцент и проработать меры по недопущению в будущем таких ошибок.

Некоторые люди оказались вне списка, это чисто организационное нарушение. То, что на прошлых выборах они голосовали, а на этих выборах они оказались вне списков - это организационная ошибка, но я не думаю, что это сделано умышленно, преследуя политические цели. Если это сделано с политическим целями, то это очень грубо, очень примитивно, можно было избежать этого.

А что касается политических технологий, выборы есть выборы, они будут использоваться исходя из видения каждого кандидата, к сожалению, иногда запускаются компроматы, это было и на этих выборах. Есть принцип презумпции невиновности, избирателям было очень трудно разобраться, где правда, а где ложь. Но сейчас главная задача заключается в том, чтобы вот эти локальные протестные действия не приняли массового характера, народу это уже надоело, народ хочет спокойно жить, трудиться, решать свои вопросы. Надо сосредоточиться на этом.

Как можно ставить итоги выборов под сомнение из-за огромной разницы: 62 процента против 15. Если бы там было 50 плюс один или 49 процентов, тогда есть какое-то основание поднимать подобный вопрос. А сейчас, при такой разнице, кто поверит в их аргументы, что надо пересмотреть итоги голосования, провести новые выборы...

В некоторых местах люди проявляли активность, и выбранная кандидатура была более или менее известна, некоторые программные положения людям понравились. Хотя к заявлениям стратегического характера надо относиться очень осторожно. Надо, прежде всего, показать перед народом, почему тот или иной факт является целесообразным с точки зрения национальных интересов нашей страны, а не просто говорить, что сделали то и то, нужны убедительные доказательства. Но масса есть масса, она усмотрела в этом какой-то положительный шаг. Но тут не надо торопиться и делать какие-то опережающие шаги, когда народ еще не убежден в правильности этих шагов.

Сергея Масаулова, президента Центра перспективных исследований;

- Понятно, что был лидер, понятно, что лидер выиграл бы и без традиционной для наших выборов путаницы со списками избирателей. Хотя 20 лет происходит одно и то же, за все эти годы со списком можно было что-то и решить. Можно было не допускать такого количества нарушений.

Что касается самого процесса голосования, то мне не очень приятно наблюдать, как около участков опять выстраиваются группы учащихся. Кроме того, я совершенно спокойно прошел на участок, мне посмотрели палец и не поставили маркировку, потому что в это время они запускали целые группы тех самых учащихся. Естественно, эти вещи подвергают сомнению некоторые результаты. Но нельзя усомниться в главном результате, понятно, что был лидер, и он бы выиграл и так без всяких этих фокусов.

В использовании нарушений, которые были выявлены, нет никаких новых технологий, так как они постоянно работают и применяются. Если брать все содержание, которое вкладывают в термин "выборы" наши западные коллеги, политологи, то слово "выборы" по отношению к нам - довольно условное. Для нас выборы – это другое, они делаются в другом месте и, собственно, решения принимаются по-другому. С этой точки зрения эти технологии - обычное дело. Я не знаю ни одних выборов в Кыргызстане без применения всего комплекса этих так называемых технологий. Может быть, только осенью 1991 года, когда первый раз выбирали президента, все было более или менее понятно. Были выборы, где изначально существовал план, где, по какому участку, сколько голосов и за кого. Этот план был в Белом доме в известном кабинете. Все делалось в соответствии с планом, хотя и применялось некое творчество, когда по ходу дела можно было дирижировать в разные стороны.

В данном случае мне представляется, что был некий план по процентам, и, собственно, так по нему и двигались.

Понятно, что в каждом штабе намечается некий план. Понятно, что, если штаб работает нормально, этот план базируется на реальном просчете по участкам. В Кыргызстане то, как будет работать тот или иной участок, будет зависеть от положения тех или иных членов комиссий, которые находятся там.

Я говорил много раз, что победа и в 52 процента - это тоже победа, и совсем не обязательно ставить сверхзадачу, как это часто делается у нас на выборах. Сначала ставят сверхзадачу, потом начинают работать местные начальственные структуры, потом районы соревнуются между собой, кто даст лучший результат. А потом люди, которые сидят в ЦИК, начинают всеми способами умерять этот пыл, пытаясь снизить этот процент. Иногда им это не удается, и в результате получается очень большой процент. С моей точки зрения, если бы в Кыргызстане когда-нибудь сложились условия, при которых учитывалось бы мнение людей, реальное голосование, то это создало бы более сильную страну, нежели сейчас, когда пытаются дирижировать и управлять самим представлением окончательного результата. Отсюда все понятно, когда завышена цифра, этой цифры жестко придерживаются, и все.

ЦИК как ЦИК, ничего выдающегося и запредельного. Центральная избирательная комиссия должна работать как машина, собственно это они и пытались делать. Прямая претензия к Центризбиркому – это списки избирателей. Набор УИКов, их обучение и работа также вызывают определенные нарекания. А с другой стороны, кто тогда будет проводить генеральную линию, как ни члены участковых избирательных комиссий? Это всегда делалось и делается. Так что, какие тут претензии к ЦИК? ЦИК такой, какой требуется власти.

Если бы были сорганизованные, работающие процедуры формального предъявления претензий и была убежденность в том, что суд может решить этот вопрос, то, наверное, это решалось бы в суде. А поскольку есть убежденность, что суд ничего не сделает, то, естественно, они начинают угрожать, используя нашу традиционную форму - митинговщину. Это тоже было ожидаемо. Другое дело, что сейчас складывается такое впечатление, что нет ни энергии, ни сил выдвинуть большие группы людей и противопоставить тому или иному полученному результату. Это новизна, потому что предполагалось, что будет больший протест. Мне кажется, так понемногу все сойдет на нет. Сейчас все будут решать договоренности. Договоренности последуют обязательно, а вслед за ними завершится и это противостояние, потому что каждый из тех, кто сейчас выводит людей, должен получить некую политическую перспективу. Как только он увидит эту перспективу и, прежде всего, перспективу принадлежности к властным структурам, то все завершится.

Марат Казакпаев, политолог;

- Выборы прошли с нарушениями, но более прозрачно, чем выборы, которые проводились при Акаеве или Бакиеве. В то время применялась грубая фальсификация, на оппозицию давили, их выгоняли, делали, что хотели. Практически на всех участках после закрытия были массовые вбросы бюллетеней, было грубое давление со стороны криминала, который работал на власть. Тогда безобразно использовался административный ресурс. На нынешних выборах такого не было, конечно, были отдельные проявления административного ресурса в виде нарушений со стороны ЦИК. Нельзя сказать, что админресурс на этих выборах использовался в том же объеме, как на прошлых.

Тем не менее, я считаю, что у нас до сих пор нет культуры выборов. Многие избиратели не нашли своих данных в списках, и поэтому получилась такая непонятная конфигурация, когда север оказался формально активнее, чем юг. Дело в том, что на юге многим просто не дали голосовать, многие не нашли свои фамилии в списках, поэтому появилось возмущение. Я считаю, что ЦИК не справился с поставленными задачами. Именно по вине ЦИК выборы прошли с нарушениями.

Были также другие нарушения, более мелкие - это "карусели" в вузах. Я считаю, что больше не нужно привлекать к работе на выборах преподавателей, учителей, потому что они становятся орудием административного ресурса».

Что касается действий проигравших кандидатов, то во-первых, проигравшие стороны – это наши граждане. Во-вторых, их тоже можно понять, особенно Адахана Мадумарова и Камчыбека Ташиева, уж слишком подозрительно низкий процент голосов, отданных за их кандидатуры. Однако хотелось бы, чтобы и Мадумаров, и Ташиев действовали правовыми методами. Важно, что их акции протеста не вылились в массовые беспорядки. Политики должны быть очень ответственны за свои поступки и действия,

(Институт общественной политики)



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir