rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Аэропорт «Манас». Прибыль или политика?

Развитие одного из ключевых объектов национальной экономики должно отвечать стратегическим интересам экономики Кыргызстана

Подайте Кыргызстану или есть ли «жизнь» без долговых займов?

Известный экономист Кубат Рахимов рассказал, чем грозит республике нынешняя финансовая политика властей

Депутатская комиссия сделала выводы по аварии на ТЭЦ

Депутаты Жогорку Кенеша пришли к выводу, что к аварии на Бишкекской ТЭЦ, произошедшей в результате нецелесообразного использованию китайского кредита, полученного на ее модернизацию, причастны трое бывших премьер-министров.

В центре внимания

Религиозный фактор в политике

religiozny faktor v politike

Вероятность того, что уже на ближайших выборах в Жогорку Кенеш (Парламент КР) в полной мере проявится религиозный фактор, очень велика. Причем проявится не только, как элемент кампании отдельных партий. Не исключено, что политические объединения религиозного толка будут участвовать в выборах самостоятельно. Об этом в интервью Регион.kg рассказал эксперт по вопросам религии Икболжон Мирсайитов.

Регион.kg: «Арабская весна» и участие в ней в сетевом режиме тех же организация «братьев-мусульман» показала, что для свержения режимов был использован религиозный фактор. Учитывая, что в Казахстане в прошлом году были митинги не только вокруг социальных тем, там так же были замечены религиозные группы, была пиар-акция, когда флаг ИГИЛ появился на улицах Ташкента, какова вероятность того, что в попытках переформатировать политическое пространство Центральной Азии будут задействованы религиозные силы по сценарию «Арабской весны»?

- Вероятность очень не велика. Прежде всего, потому что критические группы, работавшие при «Арабской весне», были заранее подготовлены и подготовлены технологично – по проекту, который отрабатывался еще при свержении сербского лидера Слободана Милошевича. Они сделали свое дело, получили свой куш и стали воевать между собой. В данном случае религиозный фактор и его идеологическая основа были всего лишь «фэйком», стимулятором, мол, вперед за Аллаха! А потом повернули-то все в другое русло.

Была попытка в Казахстане подготовить этот проект со стороны салафитов, они хотели против Назарбаева что-то сыграть, но им перекрыли финансирование, и на этом все закончилось.

Если чисто гипотетически предположить, что сейчас криминальные элементы, радикальные религиозные группы, в том числе и бесконтрольные группировки, так называемые, спящие ячейки, смогут взять верх, выстроить некую систему и предложить реальную альтернативу существующему порядку, и получить финансирование, то тогда – да, это возможно. Но у них нет системы – это раз. У них нет проектности – это два. У них нет протестного потенциала, который вылился бы в какую-то политическую рамку, – это три. Кроме того, пока это никому не нужно. Использовать их в каких-либо локальных вопросах, конечно, могут. Но не для того, чтобы переформатировать политическое пространство Центральной Азии.

Регион.kg: Говоря о локальных вопросах, Вы в частности имеете в виду следующие парламентские выборы в Кыргызстане? Вы считаете, что во время предвыборной кампании будет эксплуатироваться религиозный фактор?

-  Да, я говорю о выборах в парламент. Но здесь есть два нюанса. Один вопрос, что некоторые партии попытаются использовать религиозный фактор в свою пользу. Такая практика существует давно. И депутаты, и политические партии не раз к этому прибегали.

Другой вопрос заключается в том, что религиозные деятели могут работать не на какого-то из светских партий, а выйти на выборы самостоятельным объединением, состоящим, например из бизнесменов, которые при этом являются религиозными активистами, сторонниками умеренного просвещенного Ислама. Это обеспеченные интеллигенты с продвинутым мышлением, но глубоко верующие. И это вполне реальная перспектива, тем более, что последние президентские выборы показали, что население республики очень позитивно воспринимает верующих политиков. Но это не несет какой-либо угрозы или негативных последствий для Кыргызстана. В целом такой сценарий для республики не самый худший.

Угроза состоит в том, что группы деструктивного антисистемного толка и внешние религиозно-политические проекты могут попытаться при помощи религиозного фактора дестабилизировать ситуацию. Тогда будет крайне сложно моделировать ситуацию и держать ее под контролем.

Регион.kg: Сейчас много говорят о том, что наибольшее число радикализованных граждан – это мигранты, якобы они более остальных подвержены такому влиянию. Что Вы об этом думаете?

- Такие мнения не вполне соответствуют действительности. Объясню почему. Прежде всего, нужно понимать, что основная цель мигранта – это заработать денег. Он едет в ту же Россию, чтобы работать и как-то устроить себя, а вовсе не для того, чтобы заниматься вопросами религии.

Другой вопрос, если мигрант приезжает в Россию, и у него не получается найти работу, то естественно он ищет пути и выходы. А тут появляется земляк, одноклассник или родственник, работающий в Сирии, и говорит – приезжай, мы тебе тут работу найдем, денег тебе на документы и дорогу вышлем.

Но и тут нужно помнить, что мигранты, выезжающие в Сирию и Турцию, не всегда являются приверженцами радикальных идеологий. Ребята-мигранты не все едут воевать. И это очень важно отметить, что многие мигранты в Сирию едут работать. Там есть ремонтные бригады, там есть коммерсанты, там есть магазины, доставка, женщины едут туда медиками. Т.е. многие едут туда зарабатывать.

Еще один момент, о нем, конечно, тоже нельзя не сказать – вербовщики, которые, кстати, на этом большие деньги зарабатывают. Они ходят в среде мигрантов - в мечетях, в общежитиях, на стройках и вербуют, так сказать, лицом к лицу. Они играют на чувствах этих мигрантов. Мол, ты же мусульманин, почему ты должен быть рабом в России, ты наш брат, мы тебе поможем и т.д. В больших районных центрах – в Карелии, в Питере, в Москве, в Иркутске, в Новосибирске такая тенденция пошла.

Почему говорят, что мигрантская среда наиболее подвержена воздействию радикальных идей? Потому что большая часть мигрантов – это молодые люди, которые находятся в процессе самоидентификации, и у которых только формируется мировоззрение и система ценностей. И видя несправедливость со стороны светского государства, они легко устремляются в религию, которая им эту справедливость обещает. Одним из ключевых моментов, на которые делают акцент радикальные исламисты – это отсутствие справедливости в светских режимах. При этом нельзя сказать, где активнее идет вербовка в России или в Кыргызстане, вербуют везде, потому что основным каналом вербовки сегодня являются социальные сети, а их территория, как известно не ограничивается той или иной страной.

Поэтому я подчеркиваю, нельзя говорить, что мигранты особенно подвержены радикализации. На нее влияют совершенно иные факторы. Так, в зоны конфликтов едут и с Кавказа уезжают, и из Узбекистана, и из Таджикистана, и из Казахстана. Китайские эксперты сегодня говорят о том, что дунгане из Китая начали уезжать в Сирию! Это очень плохая тенденция для самого Китая, потому что традиционно в зоне риска находились уйгуры, а теперь дунгане-мусульмане стали подвергаться радикализации.

Регион.kg: А какие факторы влияют на радикализацию?

Подверженность радикальным идеям – это отсутствие внутренней устойчивости, т.е. психологическая уязвимость, разочарование, депрессия отсутствие сформированной системы убеждений и т.д.

Ведь, как происходит вербовка. На первом этапе в социальных сетях, а это и есть основной канал вербовки, реже через личные контакты с одноклассниками, родственниками и т.д. происходит культивирование, героизация тех ребят, которые уже находятся в Сирии, например. И здесь не важно, мигрант ты или не мигрант, важно кого ты увидел в образе героя и кем стал восхищаться.

И здесь необходима такая методологическая вещь, как контроль на языковом уровне. Фарсиязычный, узбекоязычный, кыргызоязычный контент в социальных сетях нужно контролировать, потому что основной канал вербовки – это социальные сети.

На втором этапе включается психологический элемент, когда «восхищенный» человек начинает ассоциировать себя со своим «героем», начинает искать информацию о нем, а потому у него появляется желание стать похожим на предмет восхищения, т.е. оказаться на его месте и совершать те же действия. И здесь опять же не важно, мигрант ты или нет.

Есть и еще одна причина радикализации, которую тоже нельзя со счетов сбрасывать. Это репрессивные карательные методы со стороны правоохранительных органов и России, и Кыргызстана, и Узбекистана, которые в силу, порой, несправедливого отношения и необоснованного недоверия вызывают внутренний протест у молодого человека. Кроме того, нередко мигранты становятся источником обогащения правоохранительных органов. Причем, как в той же России, так и в Кыргызстане. И это тоже дает негативны эффект в плане отношения к государственному строю.

Регион.kg: Как Вы считаете, какими методами Евразийский экономический союз способен защитить свое пространство от радикализации?

- Путем создания гражданского союза, гражданской платформы диалога. ЕАЭС – это не просто союз государств, он должен стать союзом народов, союзом гражданской активности и солидарности. Когда мы сформируем журналистский пул, религиозный пул и т.д., интеграция станет более эффективной. А мы в этом пока хромаем. У нас пока диалог идет только на высоком государственном уровне, там решения принимаются, а на общественном уровне контакта практически нет.

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir