rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Антитеррористическая повестка ЕАЭС: как противостоять угрозам и вызовам

В Бишкеке обсудили перспективы формирования антитеррористической стратегии стран Евразийского экономического союза

Почему скачут цены на ГСМ?

С начала текущего года в республике началось стремительное повышение стоимости удорожание горюче-смазочных материалов.

ЕЭК позаботится о трудящихся ЕАЭС

Граждане ЕАЭС, имеющие долгосрочные трудовые договора, получат право на временное или постоянное проживание в государстве трудоустройства.

Интеграция

Про экономическую интеграцию, сельхоз кооперацию и затяжную адаптацию

chudinov

За год пребывания Кыргызстана в Евразийском экономическом союзе ситуация с интеграцией в проект не сильно изменилась.

Открытые рынки сегодня скорее наносят ущерб местному бизнесу и предпринимательству, но как уверяют эксперты – это кратковременное «зло». Очень скоро мы увидим всю полноту преимуществ, которые несет в себе существование в рамках единого экономического пространства, которое к слову, в скором будущем может расширить свои контуры за счет вступления новых членов. Сейчас главный груз ответственности за успех интеграции нашей страны в ЕАЭС ложится на плечи кыргызских властей. Вероятно, осознавая это, президент Алмазбек Атамбаев и инициировал конституционную реформу, целью которой является укрепление исполнительной власти. Ну а пока мы решаем свои внутренние проблемы, наши партнеры готовы оказывать нам посильную помощь в преодолении трудностей, так называемого, переходного периода. Так, например, успешно работает Кыргызско-Российский Фонда Развития, где средствами российской стороны пользуются предприниматели и бизнесмены Кыргызстана. О плюсах, временных трудностях периода адаптации и о влиянии вступления Кыргызстана в ЕАЭС на внешнеполитические процессы беседуем с депутатом Жогорку Кенеша, Игорем Чудиновым.

Как Вы считаете, насколько было оправданным вступление Кыргызстана в ЕАЭС?

Давайте начнем с того, что весь мир движется по пути интеграции. Кыргызстан с нашей экономикой, с нашим расположением нуждается в интеграции, наверное, больше, чем остальные соседние страны. С кем мы можем интегрироваться? Выбор не большой Китай или Таможенное пространство. Если смотреть на все это с точки зрения экономики, то, конечно, мы более тесно связаны со странами, входящими в ЕАЭС – это Казахстан, Россия, Белоруссия. Армения, конечно, в меньшей степени. Но вот эти три гиганта экономики постсоветского пространства, они являются нашими основными торговыми партнерами. Россия и Казахстан сели большими инвесторами в нашу экономику, мы напрямую зависим от России в поставках углеводородов, а теперь и газа. Во многом связаны с Казахстаном по вопросам энергетики – базовой отрасли нашей экономики, поэтому у правительства был не большой выбор в этом направлении.

Среди населения еще задолго до вступления Кыргызстана в ЕАЭС витала идея о присоединении Кыргызстана к России. Можно сказать, что вообще идея создания такого проекта принадлежит народу. Социологические исследования показывают, что больше половины взрослого населения Кыргызстана говорят о том, что до распада Советского Союза мы жили лучше, не в плане тоталитарности режима, а в том, что касается экономических преимуществ единого экономического пространства, коим был СССР. И сегодня ЕАЭС – это оптимальный вариант возвращения к такому вот единому экономическому пространству с взаимовыгодной хозяйственной кооперацией суверенных государств.

Мы ближе к странам ЕАЭС и во многих других направлениях, не только территориально и экономически. У нас общая история, схожая ментальность, культурные и гуманитарные связи. И это тоже повлияло на принятие решения по ЕАЭС.

Какие выгоды мы получили от участия в этом крупнейшем интеграционном проекте?

Изначально нужно смотреть на цель, которую мы преследовали, вступая в этот интеграционный проект. Главная задача любой экономики – это находить новые рынки сбыта производимой продукции. И первостепенной целью этого сотрудничества было именно расширение рынков сбыта. Понятно же, что рынок в пять с половиной миллионов человек – это очень маленький рынок, это ничто по сравнению с рынком двести миллионов человек – это приблизительное население ЕАЭС. Так вот теперь мы имеем выход на этот огромный рынок российских, казахских, белорусских, армянских потребителей. Т.е. главная цель достигнута. И это первый плюс.

Второй плюс, это единый рынок труда. Наши мигранты уже почувствовали его преимущества. Какие преимущества? Ну, во-первых, они платят налоги так же, как и резиденты этих стран, я имею в виду подоходный налог, социальные налоги. У них отпала необходимость вставать на учет в течение тридцати дней, как раньше. Они теперь не нуждаются в квотах при устройстве на работу, в том числе это касается и высококвалифицированных специалистов. Раньше было выделение квот министерством труда России для граждан Кыргызстана и других стран, сейчас этой проблемы нет. Они не нуждаются в отдельной медицинской страховке сейчас, это и на медицинское обслуживание распространилось и на наших граждан. Заработал единый рынок услуг, в том числе это и медицинские услуги, о которых я говорил. Дипломы практически всех специальностей теперь действительны на едином экономическом пространстве. Это то, что мы успели почувствовать за первый год пребывания в ЕАЭС.

Насколько оправдало себя пребывание Кыргызстана в ЕАЭС? Какие достижения можно констатировать за год пребывания в Евразийском экономическом Союзе? И есть ли они вообще?

Ну, по первому году трудно делать какие-то выводы, но я думаю, мы на правильном пути. Оправдало с точки зрения трудовой миграции . Учитывая, что у нас образовался единый рынок труда, это значительно сказалось на тех людях, которые работают в Казахстане, в России. Можно много говорить об этом, но тот факт, что на 173 миллиона долларов поступления увеличились из этих стран в Кыргызстан, говорит о том, что люди стали либо больше зарабатывать, либо их стало там больше работать.

А оправдался ли этот год в плане ожиданий в других направлениях?

Я думаю, что, наверное, не полностью. Но здесь причина не в тех условиях, которые существуют в ЕАЭС. Виной тому, скорее, наши внутренние проблемы – это частые смены правительства, это то, что мы не успели заранее подготовиться и сейчас до сих пор не готовы в должной мере к процессам интеграции. Что мы сделали для того, чтобы наш экспорт увеличивался? Практически ничего, пока. В сельском хозяйстве выстроить кооперацию не сумели. Мы несколько необдуманно двигаемся в валютной политике, которую нам нужно выстраивать совместно со странами ЕАЭС. Сейчас наша валюта крепче, но это создает трудности для экспорта нашей продукции. У нас в два раза выросло производство сельхозпродукции, как показывает статистика, но экспорт при этом уменьшился. Дальше, остаются проблемы на границе, проблемы фитосанитарного контроля. Мы много об этом говорили, но так и не вступили в действие эти единые стандарты для ЕАЭС. А это все вопросы конкуренции. Мы стремились на единый рынок, но надо понимать, что конкуренцию на едином экономическом пространстве никто не отменял. Там есть свой бизнес, и он будет сопротивляться, естественно. Мы должны завоевывать эти рынки, а для этого нам необходимо создавать для бизнеса благоприятные условия. Но что мы видим по факту? Например, все больше швейников переезжают в Казахстан. Почему? Надо, наверное, задуматься над этим. Это прямая обязанность правительства – создать благоприятные условия для бизнеса и предпринимателей, это первое. И второе, нам необходимо найти свою интеграционную схему. Допустим, в сельском хозяйстве. Я что имею в виду? В советское время целые отрасли – сахарная, кукурузокрахмальная, паточная были рассчитаны на Казахстан и Россию, на кондитерские заводы этих республик. Надо возрождать кооперацию. Надо искать ниши, где мы можем конкурировать. Или еще, пример, у нас IT-специалисты очень высокого уровня, способные развивать высокотехнологичный бизнес, значит, его нужно интегрировать. Одни мы, конечно, не создадим свой компьютер, например, но вкладываться и объединяться с высокотехнологичным бизнесом России и Казахстана – это тоже путь, и это тоже сегодня одна из задач правительства. На едином рынке мы обязаны работать в плане интеграции и кооперации с другими странами. Вот здесь работа, конечно, немного отстает. Но здесь важнейшая роль, повторюсь, отводится правительству, которое должно создать для наших производителей лучшие условия, чтобы они быстрее интегрировались.

В качестве плюсов эксперты приводят тот факт, что цифра в 1,9 процента от общих таможенных сборов ЕАЭС, которую сегодня получает Кыргызстан из общего фонда, превышает те сборы, которые мы зарабатывали на таможне раньше, что Вы об этом скажете?

Я думаю, что приводя такие данные, правительство не лукавит, и эти один и девять процента, на самом деле в деньгах больше, чем средства от тех сборов, которые были раньше. Но! Не стоит забывать, что мы таможенную очистку товаров проводили не по ТН ВЭД, а по кубатуре. Сегодня растоможка по товарной номенклатуре внешнеэкономической деятельности проходит. Это тоже важно помнить. Мы видим, что у нас снижается грузопоток. И это вопрос к таможне – почему уменьшился грузопоток через два наших пункта это Иркештам и Торугарт? Почему уменьшилось количество машин, проходящих через эти посты? Где препятствие? Почему сегодня бизнесмены повернулись на Казахстан, на территорию Казахстана? Значит, на таможне мы тоже сделали не все, чтобы использовать наше преимущество – два перехода из Китая на нашу территорию. Мы должны быть заинтересованы, чтобы грузопоток через нашу страну рос. Это тоже вопрос конкуренции. Так что, этим вопросом нам тоже надо озаботиться. Потому что через год цифра один и девять процентов – а это не «мертвая единица» может значительно уменьшиться, когда наши партнеры по Таможенному Союзу увидят, что число товаров, которые проходят через границу Кыргызстана снижается. Поэтому таможня и правительство уже сейчас обязаны поработать над увеличением грузопотока через эти два наши пункта.

Как будут складываться наши отношения с Китаем, в свете того, что мы теперь члены ЕАЭС

Инвестиционный поток, который существует у нас, он в основном идет из Китайской Народной Республики. Все крупные проекты – реконструкция ТЭЦ, строительство линий передач, строительство новой дороги «Север-Юг», все это китайские инвестиции, и я думаю, что это демонстрирует то, что Китай заинтересован в нас, поскольку мы помогаем китайцам приблизиться к крупным рынкам России, Белоруссии, и даже Европы. Т.е. вхождение на рынок Кыргызстана – это своего рода приближение именно к этим рынкам. Поэтому, я думаю, и дальше Китай будет заинтересованно смотреть на нас. Но тут уже нам надо внимательно смотреть, куда идет китайский инвестор, чем он занимается на территории Кыргызстана, регулировать это с помощью экономических методов, конечно.

А что это за экономические методы?

Ну, например, если мы видим, что не достаточно много китайских инвестиций заходит в перерабатывающую отрасль, нам надо думать, чем заинтересовать инвестора. Что нужно предпринять, чтобы он захотел вкладывать деньги в эту сферу. Но, это опять же задача исполнительной власти. Если у исполнительной власти по этим направлениям есть вопросы к законодателям, я думаю Жогорку Кенеш готов пойти на любые меры, чтобы увеличить товарооборот, и убрать какие-то препятствия, если что-то мешает двигаться в этом направлении – таможенное законодательство, налоговое законодательство, еще какие-то вопросы. Парламент готов, но мне кажется, что здесь вся загвоздка в устойчивости правительства.

Что Вы имеете в виду?

Невозможно наладить работу за полгода. Приходит премьер-министр, он еще и вникнуть-то во все не успевает, приходит новый глава правительства. Мало того, что меняется политическая фигура, в министерствах и ведомствах тут же начинают убирать чиновников среднего звена. А все носители информации, вся эта системность – это отделы, департаменты, и там должна быть стабильность. А у нас, к сожалению, с каждым новым министром происходит «вычищение» всех министерских, ведомственных кадров, но разбрасываться кадрами – это не правильно.

Вступление Кыргызстана в ЕАЭС значительно отразилось на отношениях нашей страны с Соединенными Штатами. Мы видим, что наши «наставники по демократии» не очень-то рады такой интеграции. Как Вы считаете, как это отразится на наших экономических взаимоотношениях с США и Европой?

На взаимоотношения с Европой, я думаю, это практически не повлияет. Более того, сегодня мы видим, что страны Западной Европы заинтересованы в нашей сельхозпродукции. Они даже предлагают нам определенные преференции. Что касается Соединенных Штатов Америки, то у нас как таковых экономических отношений и не было. Все обещания по инвестициям по большей части остаются лишь обещаниями. США вливает средства в «гражданский сектор», в создание НПО, мониторинг соблюдения «прав человека» и т.д. А в реальном развитии нашей экономики США никогда не были действительно заинтересованы. Так что это вопрос не из экономической плоскости, это уже геополитика. Так что мы правильно поступили, сделав выбор в сторону ЕАЭС.

Беседовала Наталья Крек
Snob.kg



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir