rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

В Москве открыли памятник Чынгызу Айтматову

В столице России установили памятник всемирно известному кыргызскому писателю Чынгызу Айтматову, который расположился в Даниловском районе Москвы в именном сквере писателя.

«Бесполезных» иностранцев будут лишать гражданства КР?

Депутат Жогорку Кенеша предлагает лишить кыргызского гражданства «бесполезных» иностранцев. Несмотря на то, что общественность назвала инициативу абсурдной, эксперты уверены, что определенное рациональное зерно в ней все-таки есть.

Президент Кыргызстана подвел итоги года

Глава государства провел пресс-конференцию по итогам года. На посту президента Сооронбай Жээнбеков встретился с журналистами в таком формате впервые.

Общество

«Ну, как вы здесь, русские?»

rus_kyr

Пост в социальных журналиста Юрия Копытина вызвал большой резонанс в кыргызстанском обществе.

«Иногда встречаю россиян, приехавших к нам в республику по работе или на отдых. Как правило, некоторые из них, при личной и уже доверительной беседе, задают один и тот же вопрос: «Ну, как вы здесь, русские?». Нередко вопрос сопровождается выражением лица с эдаким заведомым сопереживанием, вроде, «Ну, давай, выскажись, наболело, наверное». И забавно наблюдать, как мимика резко меняется, когда звучит ответ: «Да, все хорошо».

Наверное, им хочется услышать жалобы, хочется услышать личную трагедию. Но факт в том, что жалоб и трагедий нет. А на что жаловаться? На то, что я выучился на русском языке в русском классе в русской школе в Кыргызской Республике? Что закончил здесь Кыргызский государственный национальный университет, к слову, тоже на русском. В чем трагедия? В том, что я сейчас работаю на главном телеканале страны и в командировках по республике свободно говорю по-русски, и меня понимают от Таласа до Баткена? Это ли трагедия?

Часто бывает так, что респондент недостаточно хорошо владеет русским языком. Я задаю вопросы по-русски, он отвечает на кыргызском. Мы понимаем друга друга. В редакции делаю дословный перевод и все нормально. Доходит до смешного, люди извиняются за незнание языка. Я такие извинения обрубаю на корню, потому что каждый волен говорить на том языке, на котором ему в его окружении, в его быту и семье это удобнее.

И сердце мое не щемит при виде березок и в голову не приходит «Эх, Русь-матушка». Я здесь дома. Я здесь родился. Россию видел один раз, мне там очень понравилось, но Родиной я её не чувствую и не считаю. Родина от слова род. А мой род с конца позапрошлого века, где-то с 1860-70-х годов, ведет свою историю с Кыргызстана.

Мой зять кыргыз. И наша семья его очень любит. А почему она должна его не любить? Причин не вижу. Он мог быть корейцем, русским, узбеком, или евреем. Вопрос не в нации – человек хороший. Его родители любят нас и когда они приезжают в Бишкек – это всегда долгие и интересные вечера. Доходило до забавного, как-то с зятем взялись разбираться в кыргызских традициях и он со смехом признал, что я их знаю лучше.

Знаю, потому что студентом подрабатывал на съемках свадеб и учился понимать мой народ, не отрываясь от работы. К слову, фотограф ты, или оператор, но с кыргызской свадьбы голодным ты не уйдешь. Никогда. Я был в этом бизнесе почти три года. Ни с одной кыргызской свадьбы или тоя голодным меня не отпускали, несмотря на оплату и договор. Деньги деньгами, работа – работой, а гостеприимство никто не отменял. С русских свадеб, бывало, возвращался натощак. Братья-славяне, не в обиду, но такое, правда, бывало. Поработайте над этим.

Кыргызские традиции – это то, что я люблю. Могу говорить о них часами. Не эксперт, конечно, но кое-что знаю. На эту тему вспоминается одна история. Дело было в офисе представительства международной ассоциации ветеранов спецподразделения «Альфа» в Кыргызстане. Это наши ветераны, многие годы отдавшие службе в госбезопаности, мои друзья. Проводили поминки по погибшим бойцам «Альфы». Экс-заместитель командира спецназа «Скорпион» разделывал приготовленного барана, раздавал устуканы. Я стоял рядом и разговаривал с другим офицером. В этот момент он протянул мне вареный бараний глаз, а я, то ли заговорившись, то ли не поняв происходящего, любезно отодвинул его руку и продолжил беседу. Повисла тревожная минута молчаливого ожидания, после чего командир задал один вопрос: «У нас с тобой какая-то проблема?». Мне очень быстро напомнили, что это не просто закуска, а знак того, что меня хотят видеть чаще. Мой собеседник сказал, как отрезал «Юра, ну ты блин даешь, как будто не наш».

Наш и не наш. Я никогда не чувствовал, не чувствую, и наверняка, не буду чувствовать себя в Кыргызстане не своим. Здесь свой особый климат, здесь своя особая культура и свой особый быт. Все перемешено. Вместе празднуем Нооруз, вместе празднуем Пасху. После обеда в кругу друзей-кыргызов складываем ладони и произносим молитву. Вы, может быть, удивитесь, но в православных храмах нетрудно увидеть кыргызов, которые, в свою очередь, набирают святую воду. Да, они верят, что она исцеляет тело и душу.

Здесь вера людей обрела свои особые очертания и свой особый смысл. Помню, как впервые оказавшись в Оше на Сулайман-Тоо, я не стал заходить в мечеть, ту самую, которая на самом верху горы. Мои друзья-мусульмане зашли, я остался у порога. Не прошло и минуты, как выглянул мулла и спросил: «Чего не заходишь?». Я ответил, что я православный и, наверное, это будет неправильно по отношению к тем, кто молится внутри. Ответ был коротким: «Зайди. Ты к Богу пришел, а не ко мне. Не знаешь, как молиться по-мусульмански, я буду молиться за тебя».

С другой стороны, есть в Оше настоятель православного храма, который пускает мусульман в церковь читать намаз, когда те не успевают в нужное время оказаться в мечети. На мой вопрос, ответ был тот же – «Бог один».

Отдельного внимания заслуживает природа нашего дома. Горы. Когда оказался в Москве, долго всматривался в горизонт и не мог понять, чего мне так не хватает. Гор. С ними у меня отдельная история. Как-то в школе с друзьями пошли в поход за грибами в Чолпон-Атинское ущелье. Поднялись очень высоко. И где-то там, почти под ледниками нам встретился аксакал лет 80, наверное. Он остановил меня, всмотрелся в лицо и спросил: «Алтыным, Митька Копытин тебе кем приходится?» Я вначале даже растерялся, а потом ответил, что это мой родной дед. «Золотой был человек, ты похож на него молодого, очень». Аксакал перекурил и пошел дальше по тропе, а я стоял и вспоминал рассказы бабушки о деде.

Дмитрий Васильевич после войны и почти до самой смерти работал зоотехником на Чолпон-Атинском конезаводе. Половину жизни провел на джайлоо, выкупал лошадей для восстановления кыргызской породы, отвозил овощи, сахар и все необходимое для чабанов. Дед умер в начале 90-х, но эти горы помнят его до сих пор.

И знаете – это по-настоящему многонациональная страна со всеми вытекающими из этого позитивными моментами. О негативных мы сейчас говорить не будем. Да, есть дураки, которые время от времени поднимают национальный, религиозный или языковой вопросы. Но мы с вами знаем, что они дураки, они есть в любой стране. А с дурака и спрос другой. На этом тему негатива закроем.

Это наш дом, каждого из нас. Нам не суждено родиться в другом месте. И не нужно. В наших с вами силах сохранить его таким, какой он есть и где нужно, сделать еще лучше. И мы с вами сами знаем, где его можно сделать лучше и как. Кыргызстан, я тебя люблю и совершенно не понимаю вопросов людей: «Как вы тут?», которые приезжают к нам впервые. Мы тут дома».



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir