rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Кыргызстан и Россия: партнерство во имя стабильности

В рамках официальной помощи России в развитии Кыргызстана, российское правительство списало долг республики по кредитам на сумму в 240 миллионов долларов

Мигранты из Кыргызстана все меньше попадают в «черные» списки

Трудовая миграция для Кыргызстана является актуальной темой, особенно часто эти процессы рассматриваются в контексте вступления Кыргызстана в ЕАЭС.

Перспективы сотрудничества стран ЕАЭС в сфере противодействия терроризму и экстремизму обсудили в Бишкеке

В столице Кыргызстана состоялся Бишкекский Антитеррористический Форум стран ЕАЭС, посвященный совместным усилиям всех участников Евразийской интеграции в борьбе с терроризмом и экстремизмом.

Выборы

Валентин Богатырев: «Следующий президент будет временным"

vubНадо заканчивать с искусственным насаждением в кыргызском обществе партийной системы.

Ничего более несообразного в кыргызской политической традиции нет, - считает руководитель аналитического консорциума «Перспектива» Валентин Богатырев.

 

Можно совершенно твердо сказать, что президентская выборная кампания подошла к концу. Во всяком случае, уже известны участники второго тура. И независимо от того, кто из них победит, развитие событий в 2012 году будет принципиально одинаковым. Страну ждет углубление кризиса экономики, страну ждет очередное изменение конституции, страну ждет окончательная утеря остатков суверенитета. И в этом смысле итоги президентских выборов не имеют значения для кыргызстанцев.

Отсюда следует два вывода.

Один из них оперативно-политический: президентская кампания, хотя и с большим количеством кордебалета, но, тем не менее, будет вялой. Кандидаты в президенты быстро поймут, что тратить деньги нет смысла. Энергетика борьбы за власть и энергетика народного недовольства будут разворачиваться в параллельных пространствах. Главным образом это произойдет потому, что народ уже не верит в то, что нынешняя элита, как властная, так и оппозиционная, в состоянии не делить, а хоть что-то делать. Явка на президентские выборы будет рекордно низкой. Какой резон выбирать, если результат будет одинаковым? Тем более, что президентская должность в ее нынешнем виде и состоянии потеряла всякий смысл.

Но вот с этого места начинается другой вывод, более дальнесрочный. Он состоит в том, что после президентских выборов предстоит второй этап политических перестроений. И только он может позволить вернуть в стране управляемость и обеспечить политическую стабильность.

Тут есть два вопроса. Первый – вопрос об одном центре управления. Давно уже все заметили, что ажиотаж вокруг президентских выборов куда больше, чем мог бы быть, исходя из объема полномочий, который предоставлен президенту действующей конституцией. И если желание Адахана Мадумарова или Наримана Тулеева занять высший пост в государстве еще можно понять: люди они безработные, то чем можно объяснить намерение нынешнего премьер-министра баллотироваться на президентский пост? Казалось бы реальная власть – в руках, коалиция – в подпорках. Работай себе на благо народа. Но нет, мы видим, что Алмазбек Атамбаев готовится к выборам. Уже вот и его фракция бьется за возможность как можно дольше использовать административный ресурс, и Бабанова, несмотря на созданную ему оппозицией репутацию, надо держать при себе, он на выборах - человек очень нужный, энергетичный. Такое странное желание потратить много сил и денег на выборы, чтобы лишиться нынешних возможностей, ничем нельзя объяснить, кроме как уверенностью, уже, кстати, плохо скрываемой, что конституция будет изменена.

Есть правда еще одно объяснение. Оно сводится к тому, что Атамбаев просто устал и хочет отдохнуть в роли отца нации, сохранив влияние в парламенте и своего человека на посту премьер-министра. Ну, или не устал, а понял, что ему с премьерской задачей в нынешнем положении страны не справиться, нужен кто-то посильнее, поприемлемей для соседей и спонсоров.

Можно придерживаться любого объяснения, но надо давать себе отчет, что какими бы не были мотивы нынешних кандидатов, - любовь ли к единоличной власти, или желание сделать что-то для народа, - они будут менять конституцию. Потому что ни той, ни другой цели с нынешней конституцией не достичь.

Сегодня это уже понимают все, даже ее творцы, но не все хотят и могут в этом признаться. Чего стоят хотя бы откровения президента на годовщине конституции. Сказать о том, что конституция не определяет даже некоторые ключевые вопросы власти – это тяжелое признание, поскольку сразу возникает вопрос: а до того, как это вдруг стало понятно, ее кто-нибудь читал? И это не праздный вопрос. После случившейся парламентской каши, можно даже усомниться в том, что эту конституцию читал сам Текебаев. Не может умный человек, каким я его считаю, и заслуженный юрист, каким его посчитал Акаев, оказаться столь недальновидным, чтобы не просчитать хотя бы на один шаг вперед последствия введения в действие столь, мягко говоря, несовершенного и противоречивого юридического документа.

Главная проблема, которую создала нынешняя конституция – потеря управляемости. Может быть для обществ, где давно и традиционно функционируют государственные институты и институты негосударственного регулирования, это и не страшно. Наши вот защитники парламентаризма любят ссылаться на практику Италии, и других стран, где правительства могут меняться часто и это никого особенно не беспокоит. Да, там смена политических фигур мало влияет на существование и работу государственной системы.

Но у нас же совершенно иная ситуация. У нас нет государства. И каждая смена людей во власти – это революция, в том смысле, что «разрушим до основанья, а затем...». В нашем случае мы с нынешней конституцией не только не в состоянии обеспечить развитие страны, но даже не можем обеспечить нормальное функционирование систем жизнедеятельности, обеспечить безопасность граждан, что показали июньские события с их последствиями. Повторись, не дай Бог, конфликт сегодня, эффективность действий государства была бы еще хуже, чем в прошлом июне. Тогда хоть в обществе была готовность к самозащите, что и сыграло ключевую роль. Сегодня общество куда более разобщено, чем год назад.

Правительство, как мы видим, не в состоянии реализовать не то что программы развития, а даже эффективные антикризисные меры. И не потому, что не хотят, или неспособные, а потому, что не могут: нет команды, нет ресурса политической устойчивости, нет попросту минуты, чтобы подумать о будущем, надо сегодня содержать страну, кормить толпу бюджетников при пустой казне.

Вот это: неспособность проектирования будущего, отсутствие команды, зависимость от обстоятельств, в сочетании к тому же с необъективной оценкой своих действий и называется потерей управляемости.

И дело тут совершенно не в персонах. Те, кто сегодня возглавляет страну, за некоторым исключением – из лучших, как говорил один известный исторический персонаж: «других писателей у меня нет». Если не поменять политическую конструкцию, любой, кто придет в правительство, будет поставлен в такие же условия, и будет делать ровно то же самое, что и нынешняя власть. Вот к чему приводит конституционное прожектерство.

Второй вопрос следующего этапа – необходимость формирования в стране такой политической конструкции, которая бы поддерживала управление и возможности постановки и решения стратегических задач, а не разрушала его, как это происходит ныне.

Основные черты этой конструкции уже понятны, если честно отрефлексировать то, что мы делали до сих пор, избавиться от стереотипов, которые навязаны нам недавней историей и привычкой к подражанию, и руководствоваться четкими целями страны.

Нам нужен представительный орган, который мог бы реально, а не мифически, как наши партии, - выражать и аккумулировать интересы сообществ, синергирующие затем в национальные интересы. Таким может стать правильно организованный курултай.

Нам нужно самостоятельное и ответственное правительство, способное и полномочное разрабатывать с участием гражданского общества и реализовать программы развития, продиктованные национальными интересами. При этом правительство должно быть предельно компактным и с минимальным необходимым набором функций, без дублирования правительственного аппарата с министерскими.

Нам нужен юридически профессиональный законодательный институт, способный оформлять в правовые акты волю курултая и создавать эффективное правовое поле для функционирования систем государства и реализации правительственных программ развития.

Нам нужна удобная для населения территориальная сетка центров государственных услуг вместо бесполезного для страны института райгоробладминистраций и система регионального экономико-хозяйственного районирования, с соответствующими программами развития этих регионов.

Нам нужна судебная система, основанная строго на законах страны, а не на других общественных регуляторах, таких как система родства, адат, финансовые отношения и так далее, как это есть сейчас.

И нам совершенно точно не нужен президент. В крайнем случае, можно оставить некий символ нации – элбаши, если, конечно, у нас найдется человек, пользующийся такой мерой морального авторитета.

Совершенно немыслимо, и опыт это показывает, прописать принципы, механизмы и процедуры работы государственной системы в едином документе – конституции. Поэтому от конституции в таком виде, как она есть сейчас надо отказаться. Это громоздкая, неэффективная и политически конфликтогенная форма. Достаточно принять некое уложение, а все институциональные отношения и механизмы прописать в законах, пусть даже придав наиболее важным из них более высокий статус. И важно заметить, что это уложение должно быть консенсусным актом, то есть таким документом, с которым согласны все.

Надо заканчивать с искусственным насаждением в кыргызском обществе партийной системы. Ничего более несообразного в кыргызской политической традиции нет. Политические партии еще были уместны сто лет назад, но тогда их развитие в Кыргызстане было насильственно прервано. Не сегодня-завтра мир перейдет к совершенно иным технологиям организации политического пространства. Почему бы нам, исторически сетевому обществу не следовать адекватным нашей природе формам соорганизации политических интересов и политического соучастия. Плюрократия – способ организации общества, при котором каждый принимает решения за себя, и никакое большинство не имеет права принимать решения за других, должна прийти на смену демократии, при которой большинство навязывает свою точку зрения меньшинству. И это легко реализуется с помощью технологических инноваций информационного общества.

В конечном итоге это, сводится к вопросу о новых «парламентских» и новых «президентских» выборах, либо отказу от последних вообще. То есть следующий, после Розы Отунбаевой, президент тоже будет временным. Я думаю, что это совершенно нормальное явление, что в этой фазе мы имеем временные органы власти: и президента, и парламент. Ничего страшного в этом нет. Идет формирование новой политической структуры в кыргызском обществе, идет быстро. И тянуть это по пять лет – нет никакого смысла и даже вредно.

Важно, что уже сейчас в обществе начался процесс подготовки к следующим парламентским выборам. И это не страшно, что идет он пока в парадигме, заданной нынешней конституцией, то есть опять проектируются и создаются новые партии. Это полезный процесс. Хотя бы тем, что на наших глазах разваливаются эти политические гомункулусы, которые были порождены последними выборами.

Надо сделать все возможное, чтобы в ходе предстоящей в ближайшие годы политической трансформации в первые политические эшелоны пришла новая элита, воспитанная не в идеологическом дурмане, какого бы толка он не был: советского или постсоветского, а на национал-прагматизме. События 2005 и 2010 года не сделали, да и не смогли бы сделать этого, но они создали возможности для прихода новых элит и этими возможностями надо воспользоваться.

Валентин Богатырев,
Институт общественной политики



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir