rerion.kg

В центре Азии - в центре событий!

Русский и кыргызский: нужно ли Кыргызстану выбирать один из них?

Почему русский язык должен сохранять официальный статус и какие выгоды получает Кыргызстан, закрепив его статус в Конституции? На эти и другие вопросы ответили участники онлайн конференции: «Значение русского языка в современном развитии, в экономическом и образовательном сотрудничестве Кыргызстана с Россией и странами СНГ», организованной Клубом региональных экспертов КР «Пикир».

Кыргызстанцы проголосовали за президентскую республику и Садыра Жапарова

Референдум по форме правления признан состоявшимся, в соответствии с законодательством, для этого достаточно 30-процентной явки избирателей. Сегодня же в голосовании приняли участие около 33 процентов кыргызстанцев, из которых более 81 процента отдали предпочтение президентской форме правления, за парламентскую проголосовали 10,66 процента.

США не поздравили Садыра Жапарова с избранием на пост президента

Посольство США в КР распространило заявление, в котором говорится, что «Соединенные Штаты Америки признают Садыра Жапарова избранным президентом Кыргызской Республики», однако не смотря на нормы дипломатического этикета, дипмиссия с этим событием его не поздравила.

oy-ordo

881

Политика

Мурат Укушов: «Могильщиками» парламентской формы правления выступили не «реваншисты», а представители «революционного» лагеря

После того, как 15 апреля сего года представителем правительства было «обосновано» присоединение 10 депутатов от оппозиционной депутатской фракции «Ар-Намыс» к коалиции парламентского большинства, стало совершенно понятно, что эксперимент с парламентской формой правления может закончиться, едва начавшись. Парадокс заключается в том, что «могильщиками» парламентской формы правления выступили не «реваншисты», как любят иногда выражаться некоторые представители власти, а именно представители «революционного» лагеря.

Успех в утверждении в стране парламентской формы правления зависит от целого ряда факторов, в том числе от их теоретической проработанности, продуманности стратегии действий по реализации норм новой Конституции Кыргызской Республики. В июне прошлого года реформаторы поставили телегу впереди лошади, в надежде на то, что все обойдется, как-нибудь, хотя бы даже со скрипом, новая система начнет работать. Никто при этом не просчитал - а как будет выглядеть новая политическая система, и какова будет цена внедрения новой формы правления? Именно отсутствие такой теоретической проработанности и становится одной из главных причин неудачи полноценной реализации июньской конституционной реформы и возможного возврата к прежней модели правления.

О конституционно-правовом статусе мандата депутата Жогорку Кенеша

С началом деятельности вновь избранного Жогорку Кенеша актуальным стал вопрос о правовой регламентации мандата народного представителя. Проблема мандата депутата Жогорку Кенеша имеет принципиальное значение, поскольку ее правильное решение позволит более четко определить степень зависимости депутата от воли избирателей и меру его ответственности перед ними, а также перед политической партией, по спискам которой он избран в Жогорку Кенеш, за свою депутатскую деятельность. Переход к формированию Жогорку Кенеша исключительно по партийным спискам обусловил изменения избирательного законодательства, законодательства о политических партиях и статусе депутата, повлиявшие на отношения депутатов с избирателями. Переход к исключительно избирательной системе пропорционального представительства на выборах в Жогорку Кенеш, предоставление права выдвижения кандидатов в депутаты лишь политическим партиям, запрет перехода из одной депутатской фракции в другую, возможность лишения депутата полномочий за выход из фракции — новеллы, которые потребовали переосмысления традиционных подходов к мандату депутата Жогорку Кенеша.

Многопартийный Жогорку Кенеш сегодня является уникальным государственным институтом, призванным, согласно своему статусу, отражать, согласовывать и защищать интересы различных социальных групп общества. Особое место Жогорку Кенеша в системе государственных органов обусловлено его юридической природой как высшего законодательного и представительного органа государственной власти. При характеристике депутата Жогорку Кенеша, как члена парламента, важное значение имеет мандат депутата, который определяется как один из элементов содержания правового статуса депутата.

Мандат депутата выражает опосредованную правом сущность взаимоотношений депутата с избирателями, обусловленную фактом уполномочивания депутата избирателями на осуществление суверенной воли народа в законодательном органе. Мандат депутата характеризует лишь права, обязанности и ответственность депутата в отношениях со своими избирателями и не поглощает содержание правового статуса депутата в целом.

Очевиден триединый статус депутата, выступающего, с одной стороны, в качестве народного представителя, с другой стороны – в качестве представителя той или иной политической партии, делегировавшей его в парламент, и, наконец, - в качестве должностного лица. Такое положение депутата вытекает из двойственной природы Жогорку Кенеша - как представительного и законодательного органа власти - и профессионального (преимущественно) характера деятельности депутата. При этом сущность мандата депутата определяется переносом выражения воли народа на деятельность депутата как народного представителя. Именно для осуществления представительских функций депутат наделяется правами и обязанностями. Главной задачей каждого депутата является участие в законотворчестве и осуществлении Жогорку Кенешем других его функций, а основной целью депутатской деятельности являются представление интересов избирателей в парламенте и обеспечение их сочетания с общегосударственными интересами.

Сегодня правовой статус депутатов Жогорку Кенеша регламентируется Конституцией Кыргызской Республики, Законом от 18 декабря 2008 г. «О статусе депутата Жогорку Кенеша Кыргызской Республики», и рядом других нормативных правовых актов. При этом следует иметь в виду, что в Конституции заложены базовые исходные начала определения правового и социального положения депутата. Закрепляя основы статуса депутата, Конституция отражает наиболее важные элементы этого института, такие как общенациональный характер депутатского мандата, сроки полномочий, права и обязанности, а также гарантии депутатской деятельности. В то же время конституционные положения о статусе депутата более полное развитие находят в законе о статусе депутатов. В нем, в частности, получили свое развитие вопросы деятельности депутата в Жогорку Кенеше, в его комитетах, иных органах, взаимоотношения депутатов с другими должностными лицами и избирателями. При этом процессуальные вопросы депутатской деятельности и правила депутатской этики нашли свое подробное раскрытие в Законе «О регламенте Жогорку Кенеша Кыргызской Республики» и Кодексе депутатской этики, утвержденном постановлением Жогорку Кенеша от 20 июня 2008 г.

Что такое императивный и свободный депутатский мандат и различие между ними?

Представитель правительства проявил чудеса словесной эквилибристики, чтобы обосновать переход части депутатов оппозиционной фракции «Ар-Намыс» в лоно коалиционного парламентского большинства, пользуясь заведомо неверным представлением о природе так называемого «свободного мандата». Причем обоснование является вольным толкованием норм Конституции и носит субъективный характер.В современном конституционном праве различаются два основных вида мандата депутата парламента: мандат императивный и мандат свободный. От вида мандата напрямую зависит содержание правового статуса депутата: возможность или невозможность действовать только в соответствии со своими убеждениями, нести или не нести ответственность перед своими избирателями.

Императивный мандат - правило, согласно которому депутат представительного органа власти связан наказами избирателей и во всей своей деятельности ответствен перед ними; при этом законодательно закрепляется возможность досрочного отзыва депутатов, не оправдавших доверие избирателей. Принцип императивного мандата идет еще со времен представительных средневековых учреждений, когда основные политические права принадлежали графствам, городам, коммунальным союзам. Поэтому депутаты от названных субъектов отстаивали только их интересы. Как правило, такой представитель получал от избравшей его общности «наказ», инструкцию, которой он обязан был следовать. В случае невыполнения «наказа» вышеназванные субъекты могли не только отозвать своего депутата, но и взыскать с него причиненный имущественный ущерб.

По прошествии времени, с появлением всеобщего избирательного права и увеличением числа представителей, принцип императивности депутатского мандата показал свою неэффективность, так как «наказы» тормозили деятельность законодательного органа, а иногда делали ее невозможной. Поэтому не случайно в период Великой революции Национальное собрание Франции своими декретами от 23 июня и 8 июля 1789 г. освободило своих членов от получения ими инструкций, и декретом от 22 декабря того же года запретило их на будущее время. С тех пор запрещение инструкций, «наказов» депутатам и их ответственности перед избирателями, а точнее говоря, их отзыва последними, стало общим принципом конституционного права демократических государств.

Императивный мандат получил свое дальнейшее развитие в социалистических государствах и в первую очередь - в СССР. Начало было положено декретом ВЦИК от 21 ноября (4 декабря) 1917 г. «О праве отзыва делегатов». Идея же этого декрета была заимствована из документов Парижской коммуны 1870 г.: входившие в состав Парижской коммуны избранники народа «должны были строго придерживаться mandat imperatif (точной инструкции) своих избирателей и могли быть сменены во всякое время. В процессе создания конституционных основ советского государства одним из проявлений «нового и высшего типа представительной социалистической демократии» выступил принцип императивного мандата депутатов представительных органов - Советов всех уровней. Институт императивного мандата в советском государственном праве включил в себя следующие элементы: обязательность выполнения наказов избирателей, строгая периодическая отчетность депутатов перед избирателями о своей работе и работе представительного органа по осуществлению наказов, а также право избирателей отозвать депутатов, если последние не оправдывают общественное доверие. Таким образом, императивный мандат в своем определении подразумевает постоянный контроль над деятельностью народных избранников со стороны избирателей.

Дальнейшее развитие парламентской демократии в Европе, создание теории разделения властей и проведение свободных выборов в представительные органы предопределили появление института, гарантирующего особое положение депутатов, а также их независимость и неответственность перед избирателями. «Депутат независим от своих избирателей» - вот краеугольный камень сегодняшнего учения конституционалистов зарубежных стран. В европейской конституционной доктрине утвердился принцип свободного мандата, то есть мандата, при котором независимость депутата выражается в отсутствии каких-либо процедур отзыва со стороны избирателей. Закрепление свободного мандата в национальном законодательстве предполагает следующее: парламент есть институт государственной власти, обладающий делегированными полномочиями на осуществление суверенитета от лица всей нации. Отсюда и вывод о ничтожности поручений, инструкций или наказов избирателей депутатам, поскольку последние представляют не свой конкретный округ, а всю нацию.

Таким образом, альтернативой принципу территориального представительства выступило национальное представительство, несущее в себе идею политического представительства народа, которому по Конституции и принадлежит суверенитет. Кроме того, отрицающее жесткую связь с избирателями и их контроль над деятельностью парламентария - свободное представительство становится проводником местных интересов, рассматривая их через призму интересов общенациональных.

Зарубежная государственно-правовая мысль отмечает следующие достоинства и преимущества свободного мандата - преимущества, ставшие решающим аргументом в дилемме выбора большинством иностранных государств именно этого вида мандата.

Во-первых, свободный мандат открывает большие возможности для дальнейшей профессионализации депутатов. Депутат, который уверен в том, что завтра он будет продолжать свою профессиональную деятельность без угрозы отзыва со стороны избирателей, сможет более открыто и независимо выражать свое мнение. Во-вторых, полная передача депутатскому корпусу полномочий по осуществлению власти переносит накал политической борьбы в стены парламента и тем самым снижает опасность прямой конфронтации в обществе. В-третьих, существенно нейтрализуется региональный лоббизм.

Советские государствоведы, доказывая необходимость применения на практике исключительно мандата императивного, указывали основной недостаток свободного мандата - юридическое отсутствие ответственной зависимости депутата. По их мнению, если в национальном законодательстве процедура отзыва не закреплена, а институт императивного мандата не признан, то подобное положение приводит к полной безответственности народного представителя и отсутствию связи между ним и избирателями.

Однако в действительности депутат и избиратели находятся в тесном контакте, а встречи, переписка и периодические отчеты занимают достаточную часть времени народного представителя. Зачастую это происходит не потому, что того требует закон, а потому, что депутат желает сохранить доверие избирателей и держать их в курсе своих политических успехов. Наказание, которое грозит ему в противном случае, состоит в возможном не переизбрании на следующий срок. Желание быть переизбранным на свой пост для профессионального политика - более сильный побуждающий фактор, действующий на поведение депутата, чем возможность быть отозванным.

Итак, свободный мандат, предполагая неответственность депутата перед избирателями, обеспечивает ему возможность представления интересов всего населения без угрозы каких-либо юридических последствий для себя. Свободный мандат предоставляет избирателям реальную возможность воздействовать на депутата, не оправдавшего их доверия, посредством регулярно проводимых выборов в парламент. Конечно, случается несоответствие депутатов их высокому статусу, но для этого существуют дисциплинарные меры ответственности, принятые самим парламентом, а также партийными документами. Значение свободного мандата в условиях современного государства заключается в ограничении давления на депутата со стороны избирателей, органов власти, лоббистов и в меньшей степени – политических партий. Этот вид мандата обеспечивает депутату возможность действовать в соответствии со своими убеждениями, искать альтернативы, и, следовательно, способствует демократизации власти. Вместе с тем он несет в себе опасность популизма, особенно в ситуации политической нестабильности. И с этой угрозой может столкнуться в своей деятельности Жогорку Кенеш, что и произошло 15 апреля 2011. г., когда власти попытались внести раскол в ряды парламентской оппозиции.

О соотношении свободного мандата депутата с партийной фракцией в Жогорку Кенеше

В июне 2010 г., руководствуясь опытом демократических стран, Кыргызстан так же перешел к свободному мандату депутата Жогорку Кенеша. Согласно части 1 статьи 73 Конституции Кыргызской Республики, «Депутат Жогорку Кенеша не связан с императивным мандатом. Отзыв депутата не допускается». Данная норма означает следующее: несмотря на обязанность поддерживать связь с избирателями, депутат Жогорку Кенеша не принимает наказы избирателей, не отчитывается перед ними и не может быть ими отозван. Легально депутат Жогорку Кенеша считается представителем народа Кыргызстана. При этом в соответствии с частью 1 статьи 72 Конституции: «Депутат Жогорку Кенеша не может подвергаться преследованиям за высказанные им в связи с депутатской деятельностью суждения или за результаты голосования в Жогорку Кенеше».

В то же время следует иметь в виду, что свободный мандат не означает полную свободу действий депутата, поскольку он, как и прежде, зависит от своих избирателей и партийных установок, так как иначе в следующий раз он уже не будет избран. Кроме того, свободный мандат не исключает обязанности депутата информировать избирателей о своей деятельности, обеспечивать их права и интересы, руководствоваться предвыборной программой. Поэтому связь депутат - избиратель сохраняется и по сей день. Изменилось только то, что право голоса депутата при решении того или иного вопроса уже ничем не ограничено. В своей деятельности он руководствуется в первую очередь Конституцией и законами.Наконец, необходимо учесть, что свободный мандат депутата тесно связан с так называемым «партийным императивным мандатом». Появление в Европе партийного императивного мандата в начале XX века явилось реакцией на существующую в некоторых государствах (Великобритания, Италия, Франция и др.) практику многочисленных переходов депутатов из одной партийной фракции в другую, что вело к частым парламентским и правительственным кризисам. Партийный императивный мандат характеризуется обязательностью для депутата указаний политической партии, от которой он избран; представительством интересов, в первую очередь, своей политической партии; подконтрольностью депутата фракции; возможностью лишения мандата в случае отступления от партийной дисциплины: как правило, в этом случае депутат подвергается моральному остракизму, в результате чего он рано или поздно подает заявление о выходе из фракции и сложении депутатских полномочий.

Следует отметить, что, начиная со времени формирования Жогорку Кенеша по партийным спискам в декабре 2007 г., мандат депутата Жогорку Кенеша также приобрел черты партийного императивного мандата. Этому способствует введение в Конституцию Кыргызской Республики нормы о досрочном прекращении депутатских полномочий, если депутат прекратит по личному заявлению членство во фракции (пункт 1 части 3 статьи 73 Конституции). Кроме того, усиливает зависимость депутата от политической партии и конституционный принцип формирования Жогорку Кенеша исключительно по избирательной системе пропорционального представительства и, соответственно, - признание политических партий единственным субъектом, правомочным выдвигать кандидатов в депутаты Жогорку Кенеша (часть 2 статьи 70 Конституции), а также обязательный фракционный принцип деятельности Жогорку Кенеша (часть 3 статьи 70 Конституции). Следует отметить, что указанные нормы Конституции являются правовым «заслоном» против так называемого «дезертирства из партии», когда депутаты начинают переходить из одной партийной фракции в другую уже после выборов.

Следовательно, исходя из буквы и духа вышеуказанных конституционных норм, депутат Жогорку Кенеша не может: 1) изменить свою партийную принадлежность; 2) не может не войти в состав соответствующей партийной фракции; 3) перейти в другую партийную фракцию. Поэтому все разъяснения, которые последовали 15 апреля сего года в связи с демаршем десяти депутатов от фракции партии «Ар-Намыс», - безосновательны.

Таким образом, партийная составляющая Жогорку Кенеша в какой-то мере ослабляет независимую роль свободного мандата. Теперь именно партии предписывают депутату линию его политического поведения, партии обладают всеми средствами принуждения в отношении депутатов, если последние отступают от этой линии. Даже в европейских государствах, конституционно отвергших императивный мандат, вопрос о том, должен ли депутат следовать указаниям и наказам избирателей, переходит в вопрос о степени и юридической обязанности подчинения депутата партии. Вы можете представить себе, чтобы конгрессмен или сенатор США, избранный от демократической партии США, перешел в стан республиканцев (?) или депутат Бундестага Германии, избранный от ХДС, перешел во фракцию СДПГ (?) через полгода после избрания? Таким образом, не приходится говорить об абсолютной независимости депутата, имеющего свободный мандат от избирателей, поскольку депутаты находятся в зависимости от политических партий.

Риски, связанные с возможной реализацией инициативы властей по отдельным парламентским фракциям

Идея необходимости представительского свободного мандата в либеральных демократических правовых системах укоренилась постепенно и стала важной гарантией утверждения конституционной демократии в странах, где источником легитимности является народ. Одновременно в международной практике есть другой институт, который, соприкасаясь с институтом императивного мандата, тем не менее, имеет иное правовое содержание. Это прекращение действия мандата вследствие изменения партийной принадлежности. Этот институт касается пропорциональной избирательной системы и имеет различные проявления, связанные с особенностями самой избирательной системы. В тех странах, где действует смешанная мажоритарно-пропорциональная избирательная система и есть стабильная и развитая политическая структура, принцип свободного мандата распространяется на всех депутатов, и изменение партийной принадлежности не вызывает подобного вопроса. Проблема возникает в том случае, когда кандидат в депутаты не представлен в избирательном бюллетене, и избиратель относительно него не выразил какой-либо позиции.

Международная конституционно-правовая практика свидетельствует, что предусмотренная выборным законодательством пропорциональная избирательная система может быть также такой, что избиратель отдает свой голос за какую-либо политическую партию на основании его политических ориентиров и представленных обществу программных подходов, не выражая отдельной позиции относительно лиц, представленных в пропорциональных избирательных списках партии. В подобных обстоятельствах политическая партия является носителем делегируемой народом политической власти – отдельно или путем формирования политической коалиции. В подобной избирательной системе народ выражает доверие не в отношении лица, а в отношении политической партии и представленных ею программных подходов. Такая избирательная система сегодня действует так же в Кыргызстане.

Анализ международной практики свидетельствует также, что при таких избирательных системах после получения мандата по пропорциональной избирательной системе обстоятельство выхода из своей партии или изменения партийной принадлежности с точки зрения парламентской стабильности и верности сделанному избирателями выбору становится серьезной проблемой. Подобная практика приводит к тому, что вынесенное избирателями решение зачастую массово подвергается искусственным изменениям, как правило, под давлением властей. Выбор способов решения этого вопроса, естественно, главным образом обусловлен особенностями избирательных систем.

Для решения этого вопроса необходимо учесть ряд обстоятельств

Во-первых, следует надлежащим образом оценить место и роль партий в политической системе страны. В частности, роль и значение партий в парламенте в основном сводится к тому, что они обеспечивают взаимодействие государства и общества и полноценно отражают интересы избирателей лишь в том случае, когда в парламенте представлены надлежащим образом в соответствии со своим влиянием в обществе.

Любое классическое определение о партиях исходит из той очевидной истины, что цель деятельности данного объединения – участие в политической жизни общества и государства, образование части политической власти, принятие и осуществление политической ответственности. Бесспорно, что не может быть демократической государственной системы без необходимых политических структур. Не может также быть общественной стабильности без принятия демократическими способами политическими силами политической ответственности за сегодняшний и завтрашний день страны. Партия может осуществить свою публичную миссию лишь в том случае, когда имеет не только программное желание, но и необходимую и достаточную способность для принятия политической ответственности, и это видит и оценивает избиратель. Выборы по пропорциональной избирательной системе призваны не только формировать стабильную и дееспособную законодательную власть, но и играть решающую роль в деле становления и укрепления политической системы страны. Международная практика свидетельствует, что предусмотренная избирательным законодательством так называемая «чистая» пропорциональная избирательная система такова, что избиратель отдает голос за какую-либо политическую партию на основании ее политических ориентиров и представленных обществу программных подходов.

Во-вторых, следует учитывать не только технологические (организационно-технические) особенности мажоритарной и пропорциональной избирательных систем, но и их роль в деле формирования политической власти и принятии и реализации политической ответственности. Основная особенность пропорциональной избирательной системы состоит в том, что она обеспечивает более полноценное представительство политических интересов и предпочтений, отражая политическую волю общества, являясь мощным стимулом становления и развития многопартийности как одного из важнейших институтов демократизации общества. Нужно иметь в виду, что при выборах по пропорциональной избирательной системе, которая действует в Кыргызстане, избиратель не дает мандат конкретному представителю, а выражает свое политическое предпочтение, выбирает политическую партию, которой отдает предпочтение. Следовательно, результатом выражения воли избирателя на выборах должно являться наличие в парламенте той политической партии, которой избиратель отдал свое политическое предпочтение. После того, как парламент начинает функционировать, средством сохранения результата выражения этой воли может стать механизм сложения депутатского мандата на основании добровольного выхода из фракции (когда избиратель не имеет какого-либо влияния на формирование списка партии, или кандидат не был представлен в бюллетене). В противном случае могут начаться процессы, подобные тому, что произошло 15 апреля сего года, и тогда воля избирателя больше не будет отражаться на парламентском соотношении политических сил, более того - будет иметь место искажение воли избирателя.

В-третьих, необходимость учета программных подходов партий и политических деятелей в вопросе уточнения политических ориентиров развития государства и конкретизации позиций избирателей относительно них и их роль в деле разработки и обеспечения программных подходов развития государства. Народ, определяя посредством выборов, в каком соотношении политических сил должен работать парламент, тем самым делегирует законодательный орган на осуществление законодательной деятельности в соответствии с предпочтенными им предвыборными политическими ориентирами. Голосуя за какую-либо конкретную партию, народ ожидает претворение в жизнь политики, имеющей определенную направленность. А периодичность выборов преследует цель дать народу возможность через определенный период времени оценить деятельность политических сил для одобрения имеющейся или отдания предпочтение другой политической силе.

В-четвертых, необходимо исключение в дальнейшем, особенно в переходных странах, как Кыргызстан, властного влияния на парламентское политическое соотношение, сформировавшееся в результате свободного выражения политической воли народа, и предотвращение угодного власти нового внеизбирательного соотношения в парламенте.

Следует исходить из такой принципиальной позиции, что в любом случае не должно быть препятствий для выражения воли избирателей. Конституционные нормы, запрещающие свободный выход из парламентской фракции, направлены именно на предупреждение подобной возможности и обеспечивают решение этой задачи. Устанавливаемое волеизъявлением народа политическое соотношение в парламенте не может изменяться в течение деятельности парламента данного созыва. Такое основание прекращения полномочий депутата, как подача депутатом письменного заявления о выходе из фракции, является правомерным средством для обеспечения этой цели. В противном случае при отсутствии подобного основания получится, что существование политических партий как средство формирования и выражения политической воли народа – полностью вымышленное явление, так как именно после выборов могут иметь место такие перестановки депутатских групп и фракций, что сформировавшийся в результате выборов законодательный орган не будет выражать волю народа. То есть выражение воли народа будет определенным политическим парламентским соотношением, которое, однако, против воли народа трансформируется в иное соотношение, в результате чего сформируется законодательный орган, который не отразит реальные результаты выборов. Между тем, одна из главных миссий избирательной системы заключается в том, чтобы она могла обеспечивать соотношение политических сил в выборных органах пропорционально реальному содействию избирателей.

В-пятых, необходимо учитывать историческое развитие сущности и содержания института прекращения действия мандата на основании изменения партийной принадлежности: Международная практика свидетельствует, что так называемое «дезертирство из партии» – достаточно распространенная и вызывающая вопросы проблема. Например, согласно анализу экспертов Венецианской комиссии Европейского Союза, в Италии в 1996 – 2001 г.г. 10 процентов депутатов поменяли свою партию. В Государственной Думе России в 1993 - 1995 г.г. это число достигло 31 процента, в парламенте Чехии в 1992 – 1996 г.г. оно составило 40 процентов. В Индии в 1967 - 1973 г.г. партию поменяли 2700 депутатов, 212 из которых стали министрами в новой партии. В Украине в 1998 – 2006 г.г. 60 процентов депутатов как минимум один раз меняли партию, а отдельные депутаты меняли свою фракцию до 10 раз.

Например, в Армении до мая 1997 г. регламент Национального Собрания Республики Армения предусматривал норму, согласно которой депутат мог выйти из фракции, если он добровольно слагает депутатские полномочия (ст.29). В результате законодательных изменений от 27 мая 1997 г. эта норма была заменена следующим положением: «Депутат может выйти из фракции путем письменного уведомления об этом соответствующей фракции и председателя Национального Собрания, который объявляет об этом на ближайшем заседании Национального Собрания». Подобное изменение положило начало получившим широкий отклик в печати так называемым «крысиным бегам». За 1997 – 2007 г.г. 85 депутатов Национального Собрания Армении поменяли депутатскую фракцию.

Подобное явление, как серьезная опасность, угрожающая общественной стабильности, в международной практике нашло различные формы предупреждения. Следует отметить, что, сформировавшись в 19 веке, этот институт предупреждения в ходе своего исторического развития изменил свою сущность, содержание и цель. Если в его первоначальном смысле он действовал как применяемая партией дисциплина в парламенте, то сейчас он в основном применяется как мера предупреждения дезертирства депутатов. Например, пункт «с» статьи 160 Конституции Португалии недвусмысленно устанавливает, что депутат утрачивает свой мандат, когда становится членом другой партии, от которой он не баллотировался на выборах. В Российской Федерации в Федеральном Законе «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания», согласно внесенному в июле 2005 г. изменению, часть 3 статьи 4 была дополнена положением, в соответствии с которым депутат Государственной Думы утрачивает мандат также в случае, когда согласно своему заявлению вышел из той фракции, по партийным спискам которой ему было разрешено участвовать в распределении депутатских мандатов.

В Украине на конституционном уровне (в результате конституционных реформ) было установлено (часть 6 статьи 81), что если депутат не присоединяется к парламентской фракции той партии, по предвыборным спискам которой был избран, или выходит из этой фракции, то в этом случае решение о досрочном прекращении его полномочий принимает постоянный высший орган соответствующей партии.

При этом следует отметить, что Конституционный суд Украины в своем постановлении от 25 июня 2008 г. N12 особо подчеркнул важную роль парламентских фракций в составе законодательной власти как парламентского политического органа, а также, толкуя часть 6 статьи 81 Конституции, признал антиконституционными те положения частей 5 и 6 статьи 13 Закона «О статусе народного депутата Украины», согласно которым депутат имеет право свободно выйти из состава депутатской фракции или не записаться в члены депутатской фракции той партии, по спискам которой был избран депутатом.

Очевидно, что, учитывая сформировавшуюся политическую и правовую культуру, различные страны пытаются непосредственными или опосредованными методами предупредить это нежелательное явление парламентской смены партии. В этом вопросе ушли вперед Индия, Южно-Африканская Республика и ряд других стран, где так же имеется такая практика, когда мандата лишается не только вышедший из данной партии депутат, но и те, которые голосуют против или воздерживаются от голосования, противореча позициям своей партии. Обоснование заключается в том, чтобы не позволить ослабить оппозиционные партии (уничтожить их рычагами власти, преследуя цель таким путем еще более укрепить позиции властвующей партии), изменить картину реального волеизъявления избирателей. Однако указанный подход к внутрипартийным отношениям не признается европейской правовой системой, разграничивая вопрос партийной дисциплины от проблемы выражения политической воли народа и верности ей. Вопросы партийной дисциплины должны решаться в рамках укрепления внутрипартийной демократии.

Изучение практики различных стран свидетельствует, что во всех случаях попытки выхода из парламентских фракций главным образом провоцируются, преследуя текущие политические цели, меняя картину реального волеизъявления избирателей. Что и произошло у нас 15 апреля сего года, когда 10 депутатов фракции «Ар-Намыс» в Жогорку Кенеше заявили о своем присоединении к парламентскому большинству без наличия решения самой фракции.

С учетом вышеизложенного, Жогорку Кенешу для укрепления политической структуры страны, становления политических партий, обеспечения атмосферы политической толерантности, гарантирования политической ответственности, особенно на этапе системных преобразований, необходимо закрепить в Законе «О статусе депутата Жогорку Кенеша» и регламенте Жогорку Кенеша «антидезертирские» положения, конкретизирующие конституционные нормы.

При этом необходимо исходить из того, что любое изменение соотношения политических сил в Жогорку Кенеше, преследующее текущие интересы и меняющее сформировавшийся свободным волеизъявлением народа политический баланс в законодательном органе, несовместимо с руководящими принципами народовластия и не может считаться правомерным. Из буквы и духа вышеназванных норм Конституции Кыргызской Республики (часть 2 статьи 70, часть 3 статьи 70, пункт 1 части 3 статьи 73) вытекает, что в рамках имеющейся в Кыргызстане избирательной системы, когда депутат получает мандат благодаря голосам, отданным партии, он не был указан в избирательном бюллетене и в отношении него избиратель не проявил какого-либо волеизъявления, однако желает выйти из парламентской фракции, то может сделать это только после добровольного отказа от мандата, так как в противном случае это будет способствовать искусственному изменению соотношения политических сил в Жогорку Кенеше, что нарушает сформировавшийся свободным волеизъявлением народа политический баланс в законодательном органе и не исходит из конституционных фундаментальных принципов правового государства и народовластия.

Мурат Укушов, Заслуженный юрист КР,
эксперт по конституционному праву.Институт общественной политики



Добавить эту страницу в вашу любимую социальную сеть
 

Аналитические издания

Booktet1

Партнеры

pikir

media mig logo